Ребекка перевела взгляд с Инсидия на Лимарана, а потом на Аластора. Несмотря на полное отсутствие подготовки мужчина спас ей жизнь, не спасовав перед потерявшим человеческий облик Имратоном.
«Аластор станет моей страховкой на случай, если я начну терять контроль» - Ребекка тяжело вздохнула, но её размышления прервались, когда в углу лаборатории раздался шорох и три пары глаз повернулись туда. Белетор осторожно выполз из-под горы тряпья и осмотрелся словно затравленный зверь.
- Белетор! – Лимаран подбежал к старшему сыну Арториаса, но тот едва не упал от страха и прижался к стене, подрагивая от ужаса.
- Что с ним? – Ребекка подошла к Лимарану и присмотрелась к лицу бывшего короля. – Белетор? Ты слышишь нас?
Лицо мужчины исказила гримаса ужаса, из глаз полились слезы, он упал и попробовал снова заползти под гору тряпья.
- Это не Белетор, – Инсидий присоединился к ним, внимательно разглядывая умалишенного. – Белетор Могучий умер, убит отцом собственного сводного брата.
Ребекка и Лимаран опешили, в этот раз две пары удивленных глаз повернулись к Инсидию, ожидая ответов.
- Он мог помешать призыву и Фенриес предложил Тельварту использовать зверя, чтобы вывести Белетора из игры. Видимо Корас пытался спасти будущего короля, но тот находился на грани смерти слишком долго и его разум покинул тело.
- Опять ты пытаешься обелить свое имя, – Лимаран бросил попытки выудить «короля» из кучи ветхой одежды и уставился на Инсидия. – Может ты и договорился с Ребеккой, но я не поверю тебе, пока не увижу свою дочь.
- В бездну Белетора, если его уже не спасти! Выполняй обещание, Инсидий! – Одаренная нетерпеливо махнула рукой в сторону тела Аластора, кончики её пальцев едва заметно подрагивали и поглотитель удивленно отметил насколько обычно собранная Ребекка переживает за своего агента.
- Конечно, начинаю сию секунду!
Они положили бессознательного Аластора на хирургический стол.
- Кто-то идет, – Ребекка повернулась к двери, а Лимаран отошел от Харальда, обнажая меч.
Спустя несколько мгновений дверь открылась и в лабораторию ворвались два воина: вооруженный коротким луком следопыт и могучий щитоносец. Северяне осмотрели залитое кровью поле боя, их взгляды скользнули по телу Рагнара и Харальду, лежащему без сознания рядом с поверженным големом.
- Северяне! Вы соратники Харальда? – Лимаран шагнул вперед, убирая меч в ножны. – Мы позаботились о вашем ярле. Второй воин пал, но Конгульва впечатлит его мужество.
Воины переглянулись, но не спешили убирать оружие. Следопыт выступил вперед.
- Кто ты, старик? Мы не знаем тебя, а ты знаешь Харальда, назови свое имя.
- Я Лимаран, Стальной Ворон, мы с Харальдом уже были друзьями, когда вы еще не могли удержать топор в руке.
- Я Ульф, а это Халлвард, – Ульф кивнул, опуская лук. – Харальд говорил о тебе, но он сказал, что когти Стального Ворона заржавели, а крылья ослабли.
Лимаран сжал челюсти, его последняя встреча с ярлом закончилась раздором, тогда ворон был одержим поисками Инсидия, а Харальд пытался остудить пыл друга.
- Нам нужно оживить нашего друга, – вмешалась в разговор Ребекка. – Мы вам не враги, можете осмотреть Харальда и своего погибшего товарища.
- А где молодой волк? – Халлвард осмотрел лабораторию. – С нами был молодой принц Ресетор, он тоже должен быть здесь.
- Он жив и лежит там, – Ребекка указала на клетку с источниками и повернулась к Инсидию. – Начинай.
Поглотитель потер виски и посмотрел на Аластора, а потом на клетку с источниками.
- Что случилось?
- Я вспоминаю. Это не так просто, слишком много воспоминаний, слишком много знаний и я не успел еще все это понять, – он направился к клеткам. Источники продолжали безмолвно лежать внутри, словно в лаборатории ничего не произошло. – Мне нужно принести в жертву одного из этих людей.
Все в лаборатории повернулись к Инсидию, а расслабившиеся было северяне крепче перехватили оружие.
- Что ты имеешь в виду? – Ребекка подошла к нему и с жалостью взглянула на изможденных, забитых людей, лежавших на полу клетки.
- Корас использовал их как дрова, источник для своих сил, – Инсидий говорил медленно, пытаясь верно подобрать слова. – Он боялся рока, нависшего над каждым Одаренным.
- Прорыв завесы… – перед глазами Ребекки возник образ горящего дома. Её приемная мать просто стояла и смотрела на объятое огнем здание, на щеках женщины не было ни слезинки и девочка тоже не понимала, почему все вокруг кричат. Красота и опасность пламени завораживали её и этот момент навсегда отпечатался в памяти. – Ты обязательно должен использовать этих загнанных, отчаявшихся людей?
- Воспоминания говорят мне, что, когда Корас пытался совершить операцию без источника, он почти погиб. К тому же это уже не люди, души покинули их тела, оставив лишь оболочки, смерть будет для них избавлением от бессмысленного существования.
- Если ты уверен в этом… – плечи Ребекки опустились. Она заколебалась на мгновение, но жизнь Аластора важнее, чем жизни этих безымянных страдальцев. – Если это единственный способ, то вперёд!
Инсидий сжал виски руками, принятие воспоминаний, накопленных за целую жизнь, очень долгий и тяжелый процесс, и сейчас он пытался вытянуть из этого водоворота то, что было необходимо, а его голова раскалывалась от боли.
- Белетор! – он повернулся к тени старшего сына Арториаса.
Потерявший рассудок мужчина забился под гору тряпья и сидел тихо, слышались лишь редкие всхлипы.
– Корас возродил его, используя источник, но разум принца уже покинул тело и теперь это просто оболочка. Оболочка, заполненная энергией.
- Он же сын Арториаса, его единственный настоящий сын, ты уверен, что его невозможно вернуть?