- Кто отпустил её во время приступа? – он грозно оглядел дрожащих мужчин и женщин, Белетор был скор на расправу, и слуги как огня боялись навлечь его гнев.
- С.. с ней все было в порядке… - еле слышно прошептала Киреба. – Она вышла в сад, и отправила меня восвояси. А когда я услышала, что она зовет Его покойное Величество, то сразу отправилась искать Вас, но она уже пришла сюда…
На площадке показался Ресетор, младший сын Энганы.
- Что здесь случилось? У матери снова был приступ? – он взволнованно подбежал к слугам и взял женщину за запястье. – Пульс слабый и неровный, пусть лекарь поднимется в её спальню, несите королеву туда.
Юноша повернулся к брату.
- Она опять приняла тебя за Арториаса?
- Третий раз за последние пару недель, – вздохнул Белетор и тут же прикрикнул. – А эти бездельники снова упустили её! Если бы королева пострадала, я бы не обошелся тем, что просто выгнал бы их всех на улицу!
Слуги поспешили перенести королеву, а братья остались обсудить произошедшее.
- Необходимо, чтобы рядом с ней всегда был врач, – Ресетор облокотился на стену дворца. – И слуги больше не должны вот так просто отпускать её одну.
- Ты же знаешь, брат, мать не терпит рядом с собой даже слуг, что уж говорить о врачах. А если не делать так, как она говорит – вспышка гнева неизбежна, – пожал плечами Белетор. – Сегодня я снова помолюсь за её здоровье в часовне.
Его младший брат рассеянно покачал головой: королеве становилось все хуже и молитвы - это явно не то, что может ей помочь.
- Я пойду в библиотеку, постараюсь найти что-нибудь полезное. А ты поднимись, проверь как там мать - на тебя она по крайней мере не накричит, если уже очнулась, – Ресетор печально улыбнулся, и братья разошлись, оставив невысказанный вопрос витать в воздухе.
«Королеве пора передать власть наследнику?»
***
Энгана очнулась в своей постели, потрогала глаза, мокрые от слез и лицо, опухшее от рыданий, и тяжело вздохнула.
«Это снова повторилось».
Королева взглянула на комод, где лежала записка от мужчины, назвавшегося Сарторумом. Её передал Энгане человек, которому, как она считала, можно доверять, и сказал, что его знакомый, Сарторум, способен помочь с этой бедой. Она получила записку после двух приступов, случившихся за одну неделю, но так и не решилась обратиться к Сарторуму, веря, что болезнь снова отступит.
Сегодняшний приступ оказался особенно тяжелым и остатки уверенности королевы разлетелись вдребезги. Она снова вспомнила своего отца, Дифриона и его мать, Теменсию. Страшная болезнь преследовала наследников дома Вицит и Энгана содрогнулась при одной мысли о том, в кого она превращается.
***
Энгана, наморщив лоб, пыталась натянуть на свою новую куклу платье, оставшееся от старой. Неделю назад девочке исполнилось шесть лет, так что сейчас она вовсю наслаждалась новыми игрушками и невиданным ранее ощущением собственной взрослости. На дне её рождения Даита, мать Энганы, торжественно объявила девочке, что теперь она настоящая леди.
- Вот так вот, Лоя! – девочка погрозила кукле пальцем, бросив неудачные попытки натянуть на неё неподходящее по размеру платье. – Я теперь леди, а ты, если не наденешь платье - не станешь леди!
Девочка поднялась с пола, раздумывая чем заняться дальше: пока идей не было, и она просто направилась к лестнице, которая заканчивалась дверью, ведущей в сад.
Сразу по выходу из комнаты за дочерью Даиты проследовала её служанка. Берта служила дому Вицит с тех пор, как ей исполнилось десять. Её мать тоже была служанкой, и женщина просто не представляла себе иной жизни вне хозяйского дома.
- Энгана, ты собираешься в сад? – женщина подошла к ребенку и поправила на ней платьице, помявшееся в процессе игры с куклами.
- Да, соберу цветочки для мамы, – с притворной покорностью ответила Энгана.
На самом деле в голове озорной девочки созрел план по проникновению в голубятню, ведь там можно было погладить мягких послушных птиц и, забравшись наверх, осмотреть окрестности поместья. Даита не одобряла подобное поведение дочери и строго-настрого запрещала ходить в голубятню, а Берта вообще приходила в ужас каждый раз, когда Энгана забиралась на высоту выше табуретки.
- Ты такая молодец! Уверена, Даита очень обрадуется! – лицо Берты расплылось в доверчивой улыбке. – Пойдем вместе, я помогу тебе.
Девочка коротко кивнула и вприпрыжку припустилась по лестнице, оставив причитающую женщину позади. Открыв дверь, Энгана сразу ощутила головокружительный аромат цветов. Лето перевалило за середину, и сад радовал глаз буйством красок от всевозможных цветов со всех уголков Терениса. Плодовые деревья уже отцвели, и сейчас на них красовались наливающиеся соком яблоки, краснеющая вишня и еще зеленые сливы. Но Энгану сейчас слабо интересовал весь этот водоворот цветов и запахов, цель девочки находилась дальше: на границе сада стоял высокий круглый домик с торчащими наружу жердочками под самой крышей.
«Голубочки!» - Энгана не отрываясь смотрела на едва виднеющийся за деревьями объект её мечтаний, пока Берта наконец не спустилась по лестнице и не опустила руку на плечо девочки.
- Ну что, солнышко, пойдем соберем самые красивые цветочки?
Мысли о том, как она будет гладить голубей, разглядывая окрестности, исчезли, вытесненные недовольством служанкой.
- Конечно, – коротко ответила девочка, направляясь к клумбе с люпинами. У Энганы созрел план как отвлечь надоедливую Берту, но для этого сначала нужно притвориться примерной девочкой.