- Кто смеет беспокоить королеву?
- Простите, Ваше Величество, это Сефона. Я принесла Вам поесть.
«Они все думают, что я окончательно сошла с ума, и уже сама не могу спуститься на ужин?» - Энгана, переполненная гневом, решительно направилась к двери.
***
Слабое пламя свечи трепетало от любого движения воздуха, заставляя тени беспорядочно метаться по стене каземата. Глава тайной полиции королевы, мужчина невысокого роста с глубоко посаженными, красными от недосыпа глазами, нервно ходил по помещению, превращая его в безумный театр теней. Массивная, окованная железом дверь скрипнула, открываясь, и ожидавший гостя Вермин нахмурился, а его узкие губы вытянулись в нитку.
В комнату вошел высокий, немолодой мужчина с крупными, грубыми чертами лица, напоминающего работу неумелого, начинающего скульптора. Он был облачен в темную кожаную униформу тайной полиции.
- Вермин, – вошедший постарался изобразить учтивую улыбку, но получилась скорее гримаса боли. – Есть информация о Сарторуме и жрицах Юкунды, прибывших недавно в Лотер в поисках могущественного артефакта своей Богини.
- Наконец-то! Ты заставляешь меня ждать, Калид! – несмотря на напускное недовольство, Вермин вздохнул с облегчением. – Начни с Сарторума.
Глава тайной полиции королевы уселся на жесткий стул, предназначавшийся для палача, а своему собеседнику жестом указал на сиденье с прочными кожаными ремнями на ручках и спинке для удержания потенциальных информаторов во время проведения особо «щепетильных» процедур. Вермин проверял самообладание Калида, непрозрачно намекая на возможные последствия, которые могут последовать за провалом, или за предательством.
- Удобное местечко, – хмыкнул агент, проверяя ремни на прочность. – Наверняка многие на этом стуле вспоминали то, чего даже никогда не знали.
- Можем проверить, что вспомнишь ты, – холодно отрезал Вермин. – Я жду от тебя доклад. Не зазнавайся, Калид!
Дергающийся глаз Калида мог навести на ошибочное мнение, что агент нервничает или волнуется, но оно было бы в корне неверно, потому что нервный тик был вызван душевной болезнью, последствия которой и привели Калида почти на вершину карьеры в тайной полиции под руководством Вермина. Мужчина не ощущал никакой эмпатии и сострадания, обладал патологической целеустремленностью и удивительно гибким умом, отточенным за годы работы при прошлом главе тайной полиции. Платой за эти качества стала нечеловеческая жестокость и неумение подчиняться.
Вермин очень долго не мог привыкнуть, что Калид не воспринимает его как главного, даже несмотря на то, что может оказаться на столе палача по щелчку пальцев. Однако, вопреки всем сложностям, глава тайной полиции по достоинству оценил навыки Калида и сумел наладить взаимовыгодное сотрудничество, предоставляя своему лучшему агенту все, что тот пожелает вне зависимости от законности самих пожеланий, взамен на успешное выполнение самых сложных и опасных операций.
- Зелье, которое ты предоставил, работает. Сарторум считает, что я под его полным контролем, – Калид ощерился. – Он собирается сместить Энгану и занять её место. Я не посвящен в детали, но кажется назревает что-то очень кровавое. В столице собираются сторонники культа и прочее отребье, а младшие жрецы раздувают среди них пламя насилия. Скорее всего переворот произойдет в день речи Белетора.
Вермин задумчиво почесал голову, его взгляд беспокойно метался по стенам вслед за тенями, пока глава тайной полиции обдумывал эту информацию.
- Сарторум торопится, видимо чего-то боится. Может это как-то связано с тем, что под него копает Лимаран? Старик уже совсем свихнулся на своих расследованиях, – Вермин внимательно смотрел на Калида, говоря про Лимарана, и удовлетворенно отметил, как у того сжались кулаки и надулись желваки на скулах. – Ты не очень-то любишь Лимарана, так ведь?
- У нас были разногласия и два дружка, Сандро и Лимаран, вышвырнули меня из тайной полиции. По их приказам все королевские службы Терениса поставили на мне крест, – он хрустнул пальцами. – Но мы еще сочтемся.
- Это ведет нас к следующему вопросу - жрицы.
- Они хороши, – Калид сально усмехнулся. – Ищут свой артефакт, украденный нами почти двадцать лет назад из Медиолана.
- Ты знаешь, что это за артефакт?
- Нет, но даю руку на отсечение: он или у Лимарана, или у Сандро.
Вермин покачал головой, и Калид огрызнулся:
– Дело не в моей неприязни! Просто к другим участникам я уже наведывался.
Глава тайной полиции нахмурился и ударил кулаком по столу.
- Я не давал тебе такого приказа!
«Нельзя позволять Калиду действовать по своей инициативе. Он умен, но чересчур одержим достижением своих целей и слишком часто не понимает, когда нужно остановиться и переждать, вместо того, чтобы резать глотки направо и налево».
Вермин хрустнул пальцами.
- Я сам себе его дал, – нахально усмехнулся агент. – Мне подвернулся удачный случай, как я мог его не использовать?
- Теперь Лимаран заляжет на дно, как только узнает о смерти своих друзей.
- Сарторуму тоже надоел Лимаран, так что он собирается пленить его, как только появится возможность.
- Почему ты не сказал раньше?! – Вермин начал выходить из себя. Информацию из Калида приходилось вытягивать будто клещами. Глава тайной полиции усмехнулся, возможно рано или поздно он действительно воспользуется клещами, но это произойдет только тогда, когда Калид станет ему не нужен.
- Я собирался сказать, – уклончиво ответил Калид. – Раз Сарторум возьмет Лимарана, нам стоит взять Сандро, и тогда мы либо заполучим артефакт, либо точно будем знать у кого он.