- А Бьянка теперь опасна, посмотри какой у неё нож, еще и доспех надела, – он развел руками в притворном удивлении.
- Катитесь к черту, шутники, – девушке было не до смеха, раньше она надевала доспех, подаренный Бьорном, только для виду, а нож, купленный на заработанные в таверне деньги, не применяла по назначению еще ни разу. Поэтому сейчас, облачаясь в доспех и вооружаясь, девушка особенно остро почувствовала серьезность своего положения, и к ней пришло ясное осознание того, что, возможно, она не вернётся с этой площади.
Бьянка деревянным шагом проследовала к выходу, братья кивнули друг другу, и Джон последовал за ней.
На улицах Лотера вовсю кипела жизнь - это было уже не то раннее утро, когда по улицам мчат, спеша занять места торговцы, и несутся, стараясь не опоздать, слуги и помощники всех мастей, но полнокровное утро, пышущее жизнью. Переулки и проспекты полнились народом всех мастей и сословий. Попрошайки стояли озираясь, чтобы не попасться страже, глашатаи, одному Аману известно каких торговых домов, драли глотки, созывая народ. Лимаран, наметанным глазом, приметил сразу нескольких сомнительных личностей, явно охотившихся за кошельками не слишком внимательных граждан. Старик осмотрел Бьянку, та спрятала кошелек во внутренний карман куртки, впрочем, в нем было не так много монет, чтобы заинтересовать умелого карманника.
Джон шел со скучающим лицом: наемник, казалось, не источал абсолютно никакой угрозы, но люди все равно обходили его, как стадо овец обтекает пастушью овчарку.
Троица двигалась в сторону одного из тайных домов Лимарана, пересекая улицы с торговцами, наполненные людьми, криками, смехом и запахами неизвестных товаров. Следом они перешли на кварталы, застроенные домами среднего класса - шум постепенно затих, и редко встречающиеся горожане теперь не просто обтекали, а стремились перейти на другую часть дороги, завидев Джона, и даже то, что он шел в обществе старика и девушки, не придавало людям уверенности.
Бьянка оглядывалась по сторонам, в каждом втором горожанине ей чудился культист, она не спускала руку с рукояти ножа с тех пор, как они вошли на узкие мрачные жилые улицы.
- Лимаран, нам далеко еще идти? – девушка с первых минут боролась с желанием спросить у советника далеко ли находится его убежище, и сейчас чаша её терпения переполнилась.
- Мы будем на месте после полудня, – отозвался старик, неспешно идущий опираясь на трость.
На улице он выглядел как совершенно беспомощный пожилой человек, Бьянка была удивлена такой резкой переменой и гадала: стало ли Лимарану хуже, или это только маска.
Джон недовольно фыркнул и Бьянка тут же перевела взгляд на наемника.
- В какую же дыру ты нас тащишь, старик? – наемник коснулся рукояти меча. – Здесь уже не так безопасно даже в самый разгар дня, наше счастье, что мы смотримся как беглецы из дома умалишенных: девчонка, старик и громила-идиот.
Он расхохотался, довольный своей шуткой. Бьянка вопросительно посмотрела на Лимарана, но тот лишь пожал плечами.
- Там, куда я веду вас, должно быть безопасно, и там я смогу забрать кое-какие вещи, которые помогут в нашем деле.
Постепенно улица вновь стала более ухоженной, дома выросли ввысь и вширь, теперь они не просто нависали над путниками, но стояли чуть поодаль, окруженные забором.
- Вот мы и на месте, – объявил Лимаран, остановившись рядом с двухэтажным домом, немного выдававшимся на дорогу из ровной линии домов и заборов. Входная дверь была закрыта, а окна прикрыты ставнями. Дом производил гнетущее впечатление и Бьянка поежилась.
- Гостеприимством тут, кажется, никогда не пахло, – Джон первым шагнул к двери и, распахнув её, мгновенно отскочил в сторону, молниеносным движением выхватив меч. Лимаран скинул маску немощного старика и отскочил в противоположную сторону, обнажив клинок, скрывавшийся в трости. Бьянка, не имевшая годами отточеных рефлексов, сначала растерялась, но быстро сориентировалась, отбежав в ту же сторону, что и Лимаран, в спешке вынула из-под плаща лук и, натянув на нем тетиву, достала стрелу.
Из-за двери пахнуло запахом смерти и послышалось жужжание сотен мух. Бьянка с трудом подавила рвотный позыв. Джон жестом показал девушке и старику оставаться на месте, а сам пошел к двери, Лимаран шепнул девушке, чтобы она послушала наемника, а сам неспешно пошел за ним. Лицо старика побледнело, словно он предполагал, кого обнаружит в доме. Бьянка оглядела улицу: по всей длине не было ни одной живой души. Девушка сняла тетиву, достала нож и двинулась за своими соратниками.
Джон, аккуратно ступая продвигался по коридору. В доме стоял тяжелый смрад смерти: где-то внутри лежало не меньше пяти трупов, а на свет из-за открытой двери слетелась целая стая жирных мясных мух. Они летали вокруг наемника, иногда садясь на него и касаясь крыльями, мешая тому вслушиваться в окружающие звуки. Мужчина оглянулся на шорох позади и увидел старика, едва слышно кравшегося за ним.
«Не послушал, значит тут есть что-то важное для него, но он уже опоздал» - мрачно ухмыльнувшись, Джон распахнул едва прикрытую дверь, ведущую из коридора в комнату. Даже закаленного в боях наемника, не знавшего жалости, пробрало до глубины души. Комната полнилась мухами, кормившимися на остатках трупов, части человеческих тел расшвыряла по комнате неведомая сила, а те тела, что сохранились лучше, были жестоко изуродованы. Узнать кого-то из убитых не представлялось возможным, лица несчастных были покрыты темным шевелящимся ковром из насекомых.
Позади раздался тихий вздох, Лимаран также увидел произошедшую в комнате бойню. Старик оперся о трость, но быстро взял себя в руки и начал оглядывать комнату цепким, знающим взглядом.
- Одиннадцать предположительно мужских трупов, – сделал он заключение. – Сложно определить точно из-за состояния.
Джон подошел к останкам наименее похожим на человеческие и согнал мечом мух.
- Личинок еще нет, они умерли не так давно, скорее всего этой ночью, – он с удивлением осмотрел останки. – Этого человека пробило насквозь, удар нанесли чем-то вроде боевого копья, но слишком толстого, я раньше такого не видел.