- Молодой волк прав, сегодня мудрости в нем больше, чем в моей старой пустой голове, – Свирепый Ветер хлопнул Ресетора по плечу, признавая правоту юноши. – Ты был бы хорошим боевым товарищем, Ресетор. Делай то, что нужно, а мы будем с тобой, чтобы прикрыть спину.
Ресетора переполняла гордость - его признали достойным и равным себе. Впервые юноша чувствовал, что готов доверить этим людям свою жизнь не потому, что у него нет другого выбора, а потому, что знает - они не предадут его. Он набрал в грудь воздуха и шумно выдохнул, поворачиваясь к Корасу.
- Не думай, что мы забудем о твоих грехах, но сейчас нам нужна твоя помощь. Один наш друг, – Ресетор аккуратно подбирал слова: ни в коем случае нельзя давать предателю рычаг давления на них. – Гонец из Лотера, тяжело ранен и ему нужно лечение. Если ты сможешь спасти его, а потом честно расскажешь все, что знаешь о произошедшем в Гипеях, у тебя будет шанс на быструю и легкую смерть.
Начавший было расслабляться, Корас снова напрягся.
- Легкую смерть? Я живу на свете уже полсотни лет и спас сотни людей от верной смерти! А скольким я просто помог - нельзя и сосчитать! А вы - те, кто только и умеет, что отнимать жизни, хотите убить меня и надеетесь, что я вам помогу? – он упер руки в бока. – Не думайте, что меня можно сломить пытками, ваш товарищ умрет, а вы ничего не узнаете!
Ресетор лихорадочно размышлял. В словах Кораса присутствовала рациональная часть, он действительно спас много жизней, но видя его истинную сущность, не получилось бы назвать число тех, кого он мог лишить жизни преследуя свои цели. А главное, врачу-мяснику нельзя доверять. Юноша не верил, что тот сможет встать на путь искупления и пройти по нему до самого конца, значит смерть оставалось единственным выходом.
- Говори свои условия, – Ресетор мельком взглянул на Харальда.
«Только бы ярл смог удержать себя в руках».
- Вы оставляете меня в живых и не применяете никакого насилия, также вы не говорите никому о моей связи с Фенриесом. Пусть все считают, что я был просто пленником оборотней.
Ресетор, находясь в трех шагах от ярла, слышал яростный скрип его зубов, а Корас продолжал:
- За это я расскажу всё о планах Фенриеса и Тельварта, и помогу спасти вашего друга, не взяв ни монеты.
По окончанию речи Кораса на поляне воцарилось гнетущее молчание. Казалось стало слышно, как растет трава. Ресетор снова бросил взгляд на ярла, но Свирепый Ветер не предпринимал никаких действий, видимо его гнев поутих, и ярл смог обуздать свои чувства.
- Что ж, на самом деле у нас не так много вариантов. Пусть путь твоего искупления начнется со спасения нашего тяжелораненого товарища, – Ресетор развел руками, смиряясь. Северяне молчали. – Мы согласны на твои условия.
- Постой, перед тем как я начну, пускай они поклянутся честью Конгульва, что не тронут меня, – Корас скрестил руки на груди. – Я вижу, что ты разумный юноша, умеющий идти на компромиссы, но эти дикари абсолютно неуправляемы, благо я знаю клятву, которую не посмеет нарушить ни один из них.
Ресетор медленно повернулся к воинам, их взглядами можно было бы пронзить самую прочную сталь словно масло горячим ножом. Корас испытующе смотрел на ярла, сжимающего кулаки до хруста костей.
- Клянусь, – процедил сквозь зубы Харальд.
- Полную клятву! – не принимающим возражений тоном крикнул врач.
- Клянусь. Честью. Конгульва. – каждое слово будто гвоздь в крышку гроба.
Харальд произнес клятву и отвернулся.
- Теперь остальные.
Северяне произнесли клятву и лицо Кораса впервые по-настоящему просветлело. Он протянул Ресетору руку.
- Теперь мы с тобой заключим договор на крови, – юноша увидел, что врач успел чем-то расцарапать себе ладонь. – Ты, конечно, выглядишь более надежным чем эти варвары, но осторожность никогда не помешает, скрепи договор своей кровью.
Юноша заколебался на мгновение, потом вынул из ножен клинок и провел лезвием по ладони. Из раны заструилась кровь. Корас ухмыльнулся и пожал протянутую руку. Договор был заключен, кровь предателя смешалась с кровью Ресетора.
- Ведите меня к пациенту, нужно оценить его состояние, возможно нам придется срочно нести его в деревню, ведь большая часть моих лекарств и все инструменты остались в доме.
Группа северян с Корасом и Ресетором спешно двинулась обратно, они вернулись к Рагнару, как ни в чем ни бывало сидевшему на земле и точившему топор. Врач бегло осмотрел Белетора и очень обеспокоенно покачал головой.
- Нужно торопиться, ваш друг сейчас в очень тяжелом положении, у него начал умирать мозг, и, если не провести операцию в ближайшие часы, вы получите ни на что не способного зомби.
Ресетор повернулся к Харальду - ярл и остальные северяне оставались необычно молчаливыми.
- Я думаю нужно выделить двух людей налегке, чтобы они несли Балатара по очереди и отправить их с Корасом вперед, а остальные понесут снаряжение, – никто не назначал его командиром, но Ресетор надеялся спасти брата и прилагал к этому все усилия, несмотря на неприглядную правду, которую он узнал от Харальда. – К тому же Корасу скорее всего тоже понадобится помощь.
Последняя фраза вызвала видимое недовольство, Харальд почесал бороду и направил пристальный взгляд на юношу.
- Мы не присягали тебе, молодой волк, но ты говоришь правду. Чтобы спасти Балатара, нужно забыть о гордости, – он оглядел своих братьев по оружию. – Однако уверен ли ты, что нас не будет ждать засада? Если мы оставим оружие идущим позади, то станем беззащитны перед волками.
Корас хотел было вмешаться, но Ресетор сделал ему знак молчать.
- Счет идет на минуты, придется рискнуть, – юноша протянул руку. – Я думаю мы с Халлвардом сможем унести все снаряжение, а вы втроем пойдете вперед, оставив у себя по одному легкому оружию.