Харальд, нахмурившись, снял секиру со спины и осмотрел смертоносный полумесяц.
- Не потеряй, – ярл протянул орудие юноше.
Ресетор едва удержал двумя руками секиру, которой Свирепый Ветер мог орудовать и одной рукой. Рагнар отдал один из своих топоров Харальду, Ульф покачал головой, его вооружение было достаточно легким. Воины сняли кольчуги и броню, передав все Халлварду. Тот крякнул от внезапной тяжести, но потом распрямился и подмигнул Ресетору, согнувшемуся под весом секиры Харальда и щита, оставшегося от Ойстейна.
- Я не согласен, – неуверенно подал свой голос Корас. – Пусть юноша идет с нами.
- Каким образом ты предлагаешь Халлварду унести все наше снаряжение, червяк? – Харальд угрожающе подошел к врачу. – Задумал засаду? Да я могу пойти с тобой один и успею сломать твою предательскую шею до того, как меня убьют твои подельники.
- Ты неумный дикарь! Юноша нужен мне для помощи в операции, потому что ни один из вас тугих болванов не справится с этой задачей, слишком грубые и толстые у вас пальцы! – Корас снова скрестил руки на груди, выражая всем своим видом безразличие. – Впрочем, если вас не сильно волнует исход операции, можете оставить юношу со снаряжением.
Харальд выругался и сплюнул, с такими аргументами он не мог поспорить. Ресетор нахмурившись переводил взгляд с ярла на врача.
- Я останусь, – вмешался Ульф. – Рагнар самый яростный боец среди нас, он сможет биться и за двоих.
Следопыт подошел к Ресетору и взял у него секиру, он мог удержать её в одной руке, но это стоило значительных усилий. Юноша отложил щит, но оставил меч Лаэра на поясе, он виновато посмотрел на Ульфа, а потом на Харальда.
- Все в порядке молодой волк, – следопыт по-дружески похлопал его по плечу. – Спаси Балатара.
Не мешкая, они двинулись к деревне, Харальд шёл первым, за ним Рагнар с Белетором на спине, а потом Ресетор и задыхающийся Корас. Врач продержался чуть больше двух часов, после чего захрипел и сел на землю.
- Я не могу. Мне нужно добраться живым, чтобы спасти его. А я точно помру от такого темпа, – Штерн ловил ртом воздух, а его руки тряслись от напряжения.
Группа остановилась, к Корасу подошел Харальд и с выражением крайнего отвращения на лице подставил спину. Штерн забрался на ярла, безуспешно пытаясь восстановить сбитое дыхание.
- Вперед! – скомандовал Свирепый Ветер, и они двинулись к своей цели в том же быстром темпе. Казалось, дополнительная ноша в лице Кораса, совершенно не отяготила Харальда, северянин шёл, также легко сохраняя дыхание. Ресетор же держался из последних сил.
«Если у меня есть второе дыхание, надеюсь оно придет очень скоро!» - нельзя отставать, если Корасу действительно требовалась его помощь во время операции, Ресетор её предоставит.
Спустя несколько часов гонки по лесу с несколькими короткими передышками, деревья перед ними расступились, и группа вышла к открытым воротам Гипей. В ноздри ударил тяжелый смрад смерти. Ещё не входя в ворота уже можно было услышать жужжание тысяч мясных мух. Ресетора мутило, но он слишком обессилел чтобы как-то реагировать на это, северяне шли с каменными лицами, а Корас постоянно что-то причитал.
- Прямо до второго поворота, а потом налево, – Штерн прижал платок к лицу, и говорил очень неразборчиво.
- Это все твоя работа, червь, полюбуйся, – Харальд снял с пояса топор Рагнара и безостановочно смотрел по сторонам, ожидая засады. Его плечи едва заметно дрожали, ярл не показывал, но марш с Корасом на плечах дался ему непросто.
Они молча шли по разоренной деревне: тела горожан и северян уже начали гнить и полнились трупными мухами и их личинками, а вот оборотней насекомые избегали.
- Природа не приемлет это мерзкое колдовство, – скривившись, с отвращением заметил Харальд. – Нужно сжечь здесь все.
- Сожжем после того, как закончим дело, – Ресетор не спускал глаз с Кораса, лекарь поглядывал по сторонам, словно ждал чего-то или кого-то. – Корас! Что ты пытаешься найти?
Врач вздрогнул и повернулся, почесывая затылок.
- Я взял с собой только несколько самых ценных эликсиров, – он отодвинул полу мантии и продемонстрировал три ряда маленьких флаконов на груди. – Остальные важные лекарства и инструменты мне должны были привезти из моего дома.
Корас снова покрутил головой.
- Так что, ты забыл, где твой дом? Сейчас я тебе быстро напомню, – вскипел Харальд.
- Я не настолько туп, – огрызнулся Корас. – Мой дом находится в конце улицы, но я готов поспорить на твою бороду, что там ничего нет.
- Мародеры? – вмешался Ресетор, к которому постепенно возвращалось дыхание.
- Фенриес обещал, что доставит мне все что нужно, – Корас махнул рукой и группа двинулась к его дому. – Но твои бравые друзья порубили в капусту всех оборотней, кроме тех, что несли меня, и я не уверен, успели ли они что-то взять из дома.
- Проклятье! Нам теперь ворошить горы трупов?
Они подошли к дому врача. Здание возвышалось над другими домами и напоминало настоящий дворец. Корас был богатейшим человеком деревни и мог заткнуть за пояс большинство влиятельных купцов Лотера.
«Почему же он оставался жить в Гипеях, если мог купить себе дом в столице и купаться в золоте?» - в голову Ресетора начинали закрадываться подозрения – «В этой деревне что-то есть. То, что было необходимо Корасу и что гораздо сложнее получить в столице».
Дверь дома оказалась открытой нараспашку и болталась на одной петле, Ресетор вошел внутрь вслед за Корасом и изумился богатству внутреннего убранства. Несмотря на погром, прихожая, достойная короля, поражала воображение. Пол устлан дорогими южными коврами, на стенах огромные картины, а между картин стоят статуи, изображающие обнаженных мужчин и женщин. Ресетор присмотрелся к статуям: изваяния казались одинаковыми, но в то же время у каждого была особенность. Они изображали людей, подвергающихся хирургическим операциям. Рассеченный живот, разрезанные руки и ноги, кусок плоти, вырезанный из спины. Ресетор насчитал двадцать изваяний, и каждое отличалось от другого.