Подойдя ближе, убедился, что это действительно он. Тусклое зеленоватое свечение освещало ровно половину лица. Куда он смотрит?
Сделав ещё шаг, я увидел большую прозрачную капсулу. Пока ещё пустую. Стеклянный капкан только ожидал своего часа…
— Я всё же убеждена, что это не лучшее место.
Голос миссис Тагер раздался из-за спины — а после она быстро прошла сквозь меня, поравнявшись со Стивом. Брр… неприятненько…
— Слишком много уязвимостей.
— Я и мои люди сделаем всё необходимое, чтобы обеспечить безопасность, — уверенно отозвался Стив и в упор уставился на профессора. Та без труда выдержала его взгляд.
— Кажется, ты всё ещё не понимаешь, с кем имеешь дело.
— Ну так поясните, — предложил он, — Что в Кейт такого особенного? И почему, если она настолько опасна, мы не можем просто её ликвидировать?
— Можем, — пожала плечами миссис Тагер, — Но очень надеюсь, что это будет крайняя мера. Изучение её природы может не только перевернуть науку, но и изменить наше представление о реальности. Ведь она…
Ааа!
Дальнейших слов я уже не слышал. Голову разорвала жуткая боль. Я припал на колено и согнулся, пытаясь сосредоточиться. Но теперь слова профессора напоминали одно сплошное жужжание.
Мир поплыл — а после понёсся вперёд на жуткой скорости, словно кто-то включил перемотку.
Я увидел миссис Тагер и Стива в кафе. Их диалог завершился в считанные секунды, и меня перекинуло дальше. Я оказался перед капсулой с Кейт. Профессор ей что-то говорила, но слов по-прежнему было не разобрать.
Дальше…
Бессвязные образы, сцены… Я понял, что модуляция бешено скачет вперёд, пропуская целые пласты важной информации. Нет, так нельзя. Я должен это остановить, иначе моё погружение лишится всякого смысла…
Стоп! — крикнул я изо всех сил и, резко выпрямившись, расставил руки широко в стороны.
Мир вокруг тут же замер…
Я оказался в длинном задымлённом коридоре. Отчего-то место показалось мне очень знакомым. Где-то неподалёку грохотали выстрелы. Я кожей ощущал едкий запах гари, наполнивший пространство…
Институт. Тот самый день, когда мы освободили Кейт.
— А-16, диагностика, — распорядилась профессор, неуверенно прошагав мимо меня. Лицо прикрывал обрывок тряпки. Видимо, чтобы не наглотаться дыма. Но, судя по громкому кашлю, помогал он плохо.
Да уж, мне определённо довелось видеть миссис Тагер и в лучшие дни. Сейчас она едва держалась на ногах. Согнувшись и прихрамывая, опиралась о стену. По белой ткани халата расплывались мутные кровавые разводы. Похоже, несколько пуль её всё-таки настигло…
Но она стоически шла вперёд, даже почти не морщась от боли.
— Профессор…
Рядом возникла уже знакомая мне голограмма. Миссис Тагер остановилась, выжидательно глядя на неё.
А-16… Так вот о ком шла речь. Стоило догадаться.
— Камеры и иные средства слежения уничтожены. Но данные спектрального анализа показывают, что выживших в лаборатории не осталось. Судя по всему, объект смогла сбежать.
— Скверно, — недовольно отозвалась профессор и, сделав ещё шаг, скривилась — по-видимому, уже от боли, — Состояние помещения?
— Средства пожаротушения сработали. Возгорание ликвидировано…
— Хорошо.
— Но… — немного смущённо продолжала А-16, - Взрыв повредил несущие конструкции. Высока вероятность обвала.
— Плевать, — отмахнулась миссис Тагер и направилась дальше, — Идём.
Голограмма исчезла, но практически сразу появилась несколькими метрами дальше.
— Смею напомнить, что одной из ключевых моих задач является сохранение вашей жизни. И…
— Смею напомнить, — передразнила её профессор, — что главной твоей задачей является выполнение моих распоряжений. Так что будь добра, не говорить под руку.
Она остановилась возле груды обломков, доходящей до самого потолка. Внимательно оглядела завал и тяжело вздохнула.
— Диагностика.
— Обрушение трёх сегментов. Основной проход полностью заблокирован.
— Наличие питания?
А-16 помедлила, будто не желала отвечать.
— Работает резервный генератор. Питание в наличии.
— Хорошо, — подтвердила миссис Тагер и, вернувшись назад, остановилась возле поворота стены, — Разблокируй резервный вход.
— Профессор, я вынуждена вам напомнить…
— Разблокируй резервный вход, — сухо оборвала та.
Весь внешний вид голограммы изображал недовольство. И всё же приказ она выполнила.
Казавшаяся монолитной стена вдруг вздрогнула — и в сторону отъехала массивная створка. Взгляду открылся запылённый проход. Сверху посыпалась кирпичная крошка.