— Вы так в нём уверены?
— Ещё бы. Ведь он — моё дитя, — миссис Тагер достала из кобуры пистолет и присела в углу, — И ещё: не позволяй никому сюда входить. Пусть всё остаётся, как есть. Во всяком случае до прихода Шона.
— Поняла вас.
— Отлично.
Она приоткрыла рот и аккуратно поднесла дуло. Но выстрелить не успела…
— Профессор! — лицо А-16 выражало крайнее недовольство.
— Ну? Что ещё?
— Ваш мозг.
Миссис Тагер удивлённо глянула на пистолет и неслышно выругалась.
— Точно…
Она поднесла ствол к груди. Ровно туда, где располагалось сердце.
— Спасибо тебе, А-16… вернее профессор Тагер.
— И вам.
— Удачи…
Хрупкий палец вдавил на спуск — и всё разом потемнело.
Глава 35. Связанные одной целью
Человеку свойственно испытывать шок в момент пробуждения. Ведь сон и явь — это два разных мира, переход между которыми часто может быть сопряжён с определённым стрессом. Словно погружение в прохладную воду в разгар жаркого дня.
Но если ты вдруг осознаёшь, что всё увиденное во сне не менее реально, чем мир вокруг, впечатления усиливаются в разы…
Я уже привык к модуляциям. Привык, что каждая из них оставляет после себя определённый след. Но на этот раз всё оказалось гораздо ярче. Для чего профессор так поступила? И как понимать её последние слова?
"…он — моё дитя… "
Речь и в самом деле шла обо мне? Но почему? Почему она так сказала? Я ведь не могу быть её…
В голове бардак. Я совершенно не представлял, что думать. Мои родители… все воспоминания о них вдруг разом помутнели. Я знал, что они есть. Вернее, были. Погибли, когда я был ещё совсем юн. Автокатастрофа. Никаких выживших.
Именно тогда меня забрала к себе тётушка Рози и обеспечила всем необходимым. Даже оплатила образование, хоть это и влетело ей в копеечку.
А родители… почему я не могу припомнить горечь об их утрате?
Почему я даже примерно не могу вспомнить время, когда их не стало?
Слова миссис Тагер заставили усомниться во всём. А само её присутствие в моей жизни… до рассказов Клары я знать не знал ни о каком профессоре… но откуда тогда это стойкое чувство, что наше знакомство случилось раньше? Намного-намного раньше…
Моё желание немедленно забыть обо всём, что с ней связано… откуда оно на самом деле? Даже сейчас любые упоминания миссис Тагер тут же растворяются в памяти — приходится прикладывать немалые усилия, чтобы их удержать.
Могу ли я доверять собственному разуму?
Теперь, когда профессор мертва, найдётся ли кто-то, кто сможет всё прояснить?
Кажется, я знаю ответ.
Вдох…
Я резко сел на кушетке и ошалело уставился на А-16.
— С возвращением, — немедленно улыбнулась она, — Сейчас ты можешь чувствовать лёгкую дезориентацию, но это вполне нормально. Общее состояние…
— Почему? — прервал я назревающий монолог, неотрывно глядя ей в глаза, — Почему она так поступила? И что она имела ввиду?
Миг замешательства — и улыбка на лице голограммы сделалась ещё шире.
— Не совсем понимаю, о чём ты…
— Понимаешь, — отрезал я, — Ты была там и всё слышала. И честно, очень сомневаюсь, что ты пропустила хоть что-то из того, что я видел в модуляции. Ну так как?
Она молчала. Улыбку сменила растерянность. Скупые эмоции буквально кричали о нелёгкой внутренней борьбе. Такие живые. Такие настоящие.
На секунду я даже забыл, что разговариваю с ИИ.
И наконец…
— Я не могу, — выдала она с тяжёлым вздохом — впрочем, слишком театральным, чтобы сойти за искреннее сожаление, — Боюсь, протокол безопасности не позволяет мне обсуждать содержание модуля памяти. Полагаю, профессор хотела, чтобы ты сам сделал все необходимые выводы.
— Вот как? — я одарил её ехидной усмешкой, — В таком случае запускай всё по новой. Буду делать выводы сам.
Молчание.
Она виновато опустила взгляд.
— Что?
— К сожалению, я не могу исполнить твою просьбу.
— Это ещё почему?
А-16 развела руками.
— Первый сеанс показал слишком резкие скачки мозговой активности. Повторное погружение в столь краткий срок может вызвать серьёзный сбой и привести к нарушению работы головного мозга.
— Вот как? — нахмурился я. Её слова звучали не слишком убедительно, — Что ж, я готов рискнуть.
Она медленно покачала головой.
— Мой протокол звучит вполне однозначно. Я не могу потворствовать.
Пристально заглянув ей в глаза, я понял, что ничего дельного не добьюсь. Оставалось только пожать плечами и…