Выбрать главу

А-а-а!

В мозг как будто вкрутили раскалённые свёрла. Я не мог себя контролировать. Картинка перед глазами стала распадаться на части. Осталась лишь серость.

Это имя… снова оно…

Меня выкинуло из воспоминания и зашвырнуло куда-то дальше.

Секунда… две… три…

Приступ потихоньку стих. Туман стал рассеиваться, но в глаза всё равно словно песка насыпали. Я с трудом смог различить очертания небольшой комнаты. А вернее, кабинета…

Извини, — снова напомнил о себе мой внутренний голос, — Но ты должен научиться с этим справляться. Иначе никак.

О чём ты? С чем я должен научиться справляться? С этой адской мигренью? Откуда она вообще взялась?

Он не ответил. Впрочем, я на это особо и не рассчитывал.

Тем временем зрение полностью восстановилось. Я сидел в уютном кожаном кресле. Мои крохотные ножки лишь слегка свисали. Носки почти дотягивались до края широкого письменного стола.

Ого, как здесь всё оформлено! Золотистые обои. Лакированные шкафы. Картины на стенах…

И странное чувство державю… Создавалось стойкое ощущение, будто я уже бывал здесь раньше.

Это очередное воспоминание, — услужливо напомнил голос.

Ну да, конечно… Как же я сам-то не понял? Лучше бы рассказал чего дельного!

Просто смотри…

Я огляделся. Ого! Теперь я мог вертеть головой. И даже двигать руками! Это будет всяко поинтереснее.

О, гляди-ка… ладошки совсем крохотные! Интересно, сколько мне? Годика три?

Странно. Раньше в модуляциях я не мог управлять субъектами, от лица которых происходит действие.

Это не совсем модуляция, — пояснило подсознание, — Это живые воспоминания. Поэтому будь аккуратен. Не стоит выходить за их пределы.

Серьёзно? И чем это чревато?

Поверь, лучше тебе не знать.

Звучало настолько убедительно, что мне даже стало не по себе. И всё же я решил уточнить…

Ладно… но как я узнаю, где эти самые «пределы»?

Ты поймёшь.

Да уж… очень информативно!

Хотелось настоять на более вразумительном ответе — но тут я почувствовал, как меня потянуло к выходу. Неявно, но при этом очень настойчиво. Странное чувство… словно я просто знал, что мне надо именно туда.

Может, об этом и говорил голос?

Противиться я не стал. Встал и неспешно направился к двери. Замер возле приоткрытой створки и аккуратно заглянул в щель. По ту сторону удалось разглядеть очертания двух женщин…

Миссис Тагер оживлённо говорила с кем-то, чей силуэт показался мне очень знакомым. Жаль, со спины было не рассмотреть…

— На данный момент внешние проявления отсутствуют. Он ведёт себя как совершенно обычный ребёнок. Мы продолжим наблюдения. Но сейчас ему очень нужен кто-то близкий.

— Как и любому из нас.

Стоп, эта речь… тембр, особая плавность… Тётушка Рози?

Откуда она здесь? И почему разговаривает с профессором? Зачем на ней этот белый халат?

Быть может, миссис Тагер нашла её и решила сообщить об осиротевшем родственнике? Звучит довольно логично…

Нет.

Что «нет»? Хочешь сказать, у тебя есть другие мысли на этот счёт?

Просто смотри.

Я решил не спорить. Конечно, у меня и у самого имелись некоторые сомнения по поводу верности моей теории — но разум упорно их отбрасывал, совершенно не желая верить в худшее.

Пусть лучше всё идёт как идёт…

— Я тут обратила внимание… — продолжила тётушка, — Проявления скорби… они у него совершенно отсутствуют. Он что-нибудь спрашивал о своих родителях?

— Нет, — отозвалась профессор, — Вполне вероятно, он их и не помнит вовсе. Нейронные связи в его мозгу подверглись масштабной перестройке. Сложно сказать, какие воспоминания оказались утрачены, — она глубоко вздохнула, — А может, просто ещё не осознаёт.

— Бедный малыш…

— Да. И этому малышу нужен дом. И постоянное наблюдение. Можешь рассчитывать на всестороннюю поддержку института. За тобой будут сохранены жалование и твоя должность. В довесок к этому мы выделим для вас отдельное пособие, чтобы вы ни в чём не нуждались.

— Хорошо.

Должность? Жалование? Так значит, она всё-таки…

Боюсь, что да, — подтвердил голос, — Увы, тётушка Рози никогда не была твоей кровной родственницей. Она изначально работала на профессора. И целью её миссии было приглядывать за тобой. Но… — он сделал на слове заметный акцент, — Она и в самом деле очень сильно тебя любила.

Я почувствовал, что на глаза начинает наворачиваться влага…