Всё снова померкло.
Когда я открыл глаза, то по-прежнему сидел всё на том же ковре. Только вот у меня в руках вместо машинок была зажата пушистая кошка. Её шея была неестественно вывернута.
— Что тут?.. — спросила тётушка, заходя внутрь — и остановилась на полуслове. Глаза испуганно бегали с меня на кошку — и обратно, — Муся?
— Я… я не специально! — проговорил я и разрыдался.
Тётя подоспела ко мне и подхватила на руки.
— Знаю, дорогой… знаю…
Пространство заволокло туманом.
Я огляделся, пытаясь понять, здесь ли сейчас мой таинственный собеседник.
Что это было? — потребовал я.
Кошка… она была совершенно дикой. Постоянно тебя донимала, — словно нехотя отозвался голос, — Даже сейчас… подкралась и решила напасть со спины. Всё лицо тебе расцарапала. Вот и поплатилась…
Мне отчего-то вспомнился Хюнд. Бой, который я, пожалуй, никогда не забуду…
Так это ты её? — ужаснулся я, — И его… их всех!.. Моими руками?
Ответа не последовало. А мгла очень спешно начала расступаться.
И в этот момент я осознал для себя несколько очень важный вещей. Во-первых, мой собеседник не такой добрячок, каким хочет казаться. Во-вторых, он может управлять этой модуляцией — уж очень быстро переключаются фрагменты, когда ему это выгодно. И в-третьих — он неотъемлемая часть меня уже многие и многие годы…
Есть ли смысл смотреть дальше?
Это ещё не всё. Пожалуйста, наберись терпения.
Ладно.
Я вновь оказался в институте. Снова коридор и чуть приоткрытая дверь. Только на этот раз я снаружи. Есть ли кто-то там, в кабинете?
Я подошёл ближе и прислушался…
— Значит, кошка? — вздохнул голос миссис Тагер, — Утверждает, что ничего не помнит?
— Именно так, — подтвердила тётушка Рози, а затем, после лёгкой заминки, добавила, — Элеонор… он всего лишь ребёнок. Он не мог…
— Да знаю я, — отозвалась та, — Можешь не утруждать себя объяснениями.
— Значит… думаешь, началось?
— Рано или поздно Он должен был себя проявить. Что-то ещё странное было?
— В последнее время Шону часто снятся кошмары.
— Кошмары? — профессор явно задумалась, — Полагаю, пытается выйти на контакт. Просто пока не совсем понимает, как.
— Считаешь, это не опасно?
— Нет. Он защищает мальчишку, это же видно. Сама же говоришь, нужно было лучше следить за кошкой.
Я услышал выдох и шуршание. Кажется, она затушила сигарету…
— Но в любом случае без внимания это оставлять нельзя. Регулярные визиты на осмотр… хм… полагаю, пока два раза в неделю хватит. Плюс сеансы гипнотерапии, чтобы избавится от кошмаров, — я буквально кожей ощутил, как она самодовольно улыбнулась, — Хочет пообщаться, пусть заявляет об этом лично. А не ищет обходные пути.
— Не нравится мне это, — призналась тётушка, — Шона очень жалко… Он ведь ещё совсем юн…
— Зато жив. Ты ведь понимаешь, что это меньшее из возможных зол.
— Понимаю…
— Вот и хорошо. Ладно, зови его. Нужно поговорить.
— Да. Но что-то мне подсказывает…
Я услышал шаги слишком поздно.
Тётушка подошла к двери и выглянула в щель. Естественно, заметила меня. При этом хитро сощурилась.
— Ты что это тут? Подслушиваешь?
Я почувствовал, как лицо налилось пунцовым цветом…
— Я? Что? Нет… — замотал я головой, но, секунду подумав, всё же решил сознаться, — Извини, тётушка…
— Ладно, не страшно, — усмехнулась она, — Напротив. Нам будет нужна твоя помощь.
— Помощь?
— Ага, — тётушка отступила, пропуская меня в кабинет, — Помнишь доктора…
— Анджей, — прервала её миссис Тагер и многозначительно посмотрела.
— Доктора Анджей, — согласилась тётушка, хотя во взгляде мелькнуло неодобрение.
Постойте… не понимаю… я ведь хорошо помню мисс Анджей. Это не может быть она!
Или…
Как выглядела мисс Анджей?
— Здравствуй, Шон, — голос профессора вывел меня из забытья, — Присаживайся, пожалуйста.
Недоверчиво покосившись на кресло, я всё-таки сел. И пристально уставился на собеседницу.
— Вы сказали, вам потребуется моя помощь?
— Умный мальчик, — улыбнулась она, — Да, Шон, всё верно. Нам нужно, чтобы ты помог нам помочь тебе.
— Помочь мне?
— Именно. Тётя Рози рассказала о твоих кошмарах. Чтобы их преодолеть, я хочу ввести тебя в состояние, очень похожее на сон…
— Вы имеете ввиду гипноз?
— А ты, и правда, очень смышлёный, — восхитилась профессор, — Да, всё верно. И мне очень нужно, чтобы ты не сопротивлялся.