Я не повёл и бровью. Махнул ладонью — и все болиды рассыпались в пыль, быстро рассеявшись по ветру.
— Прекращай уже. Наша битва ни к чему не приведёт. Ты не единственная, кто может управлять этой реальностью.
— Я не сдамся, — покачала она головой, — Никогда.
— Что ж… ты не оставляешь мне выбора.
Я сложил руки на манер шара — и мир вокруг приобрёл фиолетовые тона. Город исчез. Остались лишь очертания мощных стеклянных стен, уходящих в бескрайнюю высь.
— Что… что это? — Мона испуганно завертела головой.
— То, с чего всё началось. И то, чего ты больше всего боишься.
Я совместил ладони — и в этот же миг пространство схлопнулось. Вокруг не осталось ничего, кроме ослепительно белой пустоты. Я стоял посреди этого. А возле моих ног лежала небольшая фиолетовая колба.
— Вот и всё, — вздохнул я, наклонившись и подобрав стекляшку, — Всё, чем ты была.
— Я была счастлива.
— Нет, ты была взаперти.
Вокруг снова стали проявляться очертания города. Все разрушения, оставленные пустыми, никуда не делись. Но сами пустые теперь остановились. Многие прямо в движении. В позах, которые могли бы предвещать новую атаку.
Но атаки не последовало…
Уцелевшие люди испуганно озирались на былых агрессоров, спешно отползая в стороны. Бойня наконец прекратилась.
Я поднёс колбу к лицу и внимательно вгляделся в её тусклую поверхность. Электрический разряд внутри практически угас.
— Тебе даровали жизнь, но совершенно не ту, какую тебе бы хотелось. Жаль, что ты так и не смогла ею воспользоваться…
Я хотел разбить её о бордюр — но в этот самый миг меня остановил слабый окрик.
— Постой…
Возле меня снова проявился образ Кейт. Эфемерный. Едва различимый.
— Ты победил. Но это не значит, что я была не права.
— Возможно, — не стал спорить я, — Надеешься на второй шанс?
— Нет, — привычно усмехнулась она. Её черты при этом почти растаяли, но после собрались вновь, — Однако я всегда умела признавать чужую силу. И потому хочу дать второй шанс тебе.
— Мне?
— Там, в реальности… Я заложила под фундамент телестудии мощный заряд.
— Что?
— Можешь считать это моим планом «Б», — её лицо вновь стало напоминать привычные человеческие черты, — Он сработает через три минуты после того, как остановится моё сердце. Так что поторопись…
— Постой, — попытался остановить я, но она уже растаяла.
Колба выскользнула у меня из рук и, упав на асфальт, разлетелась. Осколки очень быстро потемнели и обратились в прах…
— Поторопись, — донёсся до ушей слабый шёпот.
И окружающий мир померк…
Я открыл глаза — и увидел прямо перед собой полный отчаянья взгляд Мари.
— Шон… слава богу!
Она кинулась мне на шею. Я обнял её, хотя в голове была каша.
— Что… что случилось?
— Ты справился! Пустые очнулись. Угрозы больше нет.
— Но… а что с Кейт?
Лицо девушки обрело серьёзность.
— Перестала дышать. Пульс пропал. Я сразу пришла к тебе…
Я ошарашенно вскочил на ноги.
— Как давно это было?
— Где-то с минуту назад…
Больше не говоря ни слова, я схватил её за руку и потянул прочь.
Каким-то чудом мы успели выбраться.
А после прогремел взрыв.
Эпилог. Совершенно другой день
https://dzen.ru/a/ZpfvmVSx2nej8rNehttps://dzen.ru/a/ZpfvmVSx2nej8rNe
Часто ли вам снятся сны? Такие яркие, необычные. Порой немного чудаковатые. Сны, позволяющие почувствовать себя бесстрашным искателем приключений, могучим воином, а порой даже примерить роль бога…
Наверное, глупый вопрос… ведь теперь мы все тоже их видим.
Наш мир изменился. После катастрофы, случившейся в Праймстэде, прошёл всего месяц. Но за это время многие смогли взглянуть на жизнь совершенно по-новому. И заметно переосмыслить собственные ценности.
— Ай…
Я почувствовал сырость и инстинктивно отдёрнул руку.
— Ой, простите, — засуетилась молодая девушка, что, поправляя салфетницу, случайно опрокинула на столешницу стакан с водой, — Я просто первый день…
— Ничего страшного, — отозвался я, — Я и сам всё никак не привыкну…
— Всё хорошо, — поспешила заверить Мари.
— Я принесу вам что-нибудь за счёт заведения…
Странно это признавать, но в конечном счёте Мона всё-таки победила. Проект «Пустые» канул в прошлое, оказавшись под строжайшим запретом. Корпорация Андромеда потеряла влияние и по итогу была закрыта. А мы, обычные люди, вновь стали вынуждены учиться жить так, как это делали многие и многие поколения до нас.