Всех посторонних, пребывающих в участок — не важно людей или пустых, — фиксировали в специальных списках. А любое их передвижение происходило здесь только под присмотром сотрудников. Быть может, это не позволит Аспиду слишком быстро до меня добраться? И даст мне осуществить ту нехитрую задумку, что родилась в моей голове ещё в полицейской машине?
Да, вы всё верно поняли. Впервые за время моих сегодняшних злоключений у меня появился план. При этом он был достаточно прост. Я прекрасно осознавал, что я — не герой. И в одиночку ввязываться в борьбу за справедливость — которую мне неотвратимо навязывал этот день, — по меньшей мере будет равно самоубийству.
Единственной силой, на помощь которой я мог рассчитывать при данных обстоятельствах, была террористическая группировка Парадигма. Организация под руководством уже знакомой вам Кейт.
Конечно, очень серьёзной проблемой оставалось то, как я смогу объяснить смерть Хюнда и при этом не лишиться головы. Но я предпочитал не думать о столь щекотливых вопросах раньше времени.
Сейчас я знал одно: Парадигма обязательно явится в городской морг, чтобы забрать оттуда некий модуль. Морг располагался в подвальных помещениях участка, и пробраться туда бесшумно у ребят навряд ли получится. А значит, мне остаётся лишь дождаться их визита. И, воссоединившись с группой, окончательно скрыться из-под колпака Аспида — как, впрочем, и от надзора правоохранительных структур.
Реализация данной части плана, кстати, тоже находилась ещё на стадии разработки. Но даже в таком варианте это было гораздо лучше, чем ничего. Так что, в сравнение с прошлым отрезком дня, сейчас я был в явном выигрыше. Отчего и чувствовал себя очень вдохновлёно.
— Очень интересная информация, — подтвердил я, — Что-то ещё?
Белобрысый смерил меня оценивающим взглядом.
— Несомненно, есть и ещё.
На стол легли фотографии Хюнда, Дерека и ещё нескольких незнакомых мне людей. Кейт — как, впрочем, и Стива — на снимках не было. Видно, верхушка Парадигмы по-прежнему для властей остаётся загадкой.
Это могло означать как то, что ребятам удалось уйти от погони, так и вероятность их пленения Аспидом — который, по понятным причинам, не станет делиться подобными данными с полицией. Что ж, думаю, стоит уповать на лучшее…
— Знакомы ли вам эти люди? — уточнил сотрудник, внимательно глядя на меня.
Я пожал плечами.
— А должны быть?
Белобрысый нахмурился. А второй принялся листать свою папку, при этом довольно монотонно вещая:
— Помимо уже оглашённых обвинений вы также подозреваетесь в преступном сговоре с террористической группировкой, известной как Парадигма. Люди на фото — участники данной организации. И судя по показаниям свидетелей, вы были замечены в компании некоторых из них.
Я ещё раз взглянул на снимки, сделав вид, что внимательно их изучаю.
— Не исключаю, что когда-либо мог пересекаться с данными людьми — ввиду своей рабочей деятельности мне доводилось много с кем общаться, — я пожал плечами, — Но с уверенностью утверждать не могу. Да и свидетели могут ошибаться.
— Слушай, парень, — белобрысый заскрипел зубами. Было видно, что он едва сдерживается, — Двое наших патрульных сегодня оказались на больничной койке. Один — тот, что пришёл в себя, — утверждает, что среди нападавших вместе с опознанным им Йоханом Геренгом, — его указательный палец лёг на изображение Хюнда, — был паренёк, по описанию очень похожий на тебя.
— "Очень похожий" звучит довольно расплывчато, — отозвался я не моргнув и глазом, — А что говорит второй?
— Второй получил серьёзную черепно-мозговую травму и на данный момент находится в состоянии искусственной комы, — полицейский непроизвольно сжал кулак, — Но поверь, показаний первого будет вполне достаточно. Очная ставка с тобой в довесок к вороху косвенных улик, имеющихся у нас, — и ты сядешь очень надолго.
— Это в том случае, если удастся избежать высшей меры, — поддержал очкарик, — Знаешь, все прошлые обвинения — Аспид, Колосс, — начал перечислять он, — Всё это лишь детские забавы, по которым при желании можно отделаться простой административкой. Ну или условным сроком. А вот сговор с террористами вкупе с нападением на сотрудника полиции — это уже серьёзно.
— Попахивает государственным преступлением, — снова вступил в разговор первый, — Знаешь, как поступают с государственными преступниками?
— Никогда не интересовался, — покачал я головой. Это было чистой правдой.