Нужно идти.
Я побрёл вперёд, с трудом разбирая дорогу. Где я? Как я здесь оказался? Что вообще произошло? Кто… кто те мёртвые люди?
Холодно.
Тонкими струйками по телу стекала вода. И кровь. Я её чувствовал. Огненным шлейфом она растворялась в лужах подо мной.
Я цел. Я не ранен. Кровь была не моя, а их. А может, это я их?.. нет, я не мог. А вдруг? Как иначе это можно объяснить?
Плевать. Нужно идти.
Мысли продолжали путаться. Однако страх постепенно отступал, оставляя место странному безразличию. Я жив, а они мертвы. Кто они?
Нужно позвать на помощь. Сообщить кому-то… но кому? Кто может помочь?
Нужно понять, где я.
Я замер, оглядываясь по сторонам. Тёмная подворотня, забор. Какой-то ангар по ту сторону. Район явно не из центральных. Но почему-то выглядит знакомо.
Я прошёл дальше. Туда, где у перекрёстка горел одинокий фонарь. Широкая дорога. Магазинчик электроники и две серых пятиэтажки… Я знал это место! Квартира Клары совсем недалеко.
Быть может… но что я ей скажу? Неважно. Сейчас она — единственный человек, кто может хоть как-то помочь.
Спустя четверть часа я уже стоял у подъезда подруги. Испуганно смотрел в домофон, не решаясь нажать кнопку вызова. Наконец решился…
— Да? Кто там? — заспанный голос Клары послышался почти сразу.
— Это я — Шон.
Она впустила. И сходу набросилась, стоило мне переступить порог квартиры:
— Шон, что за дела?! Ты вообще в курсе, который час? — но завидев моё состояние, тут же сменила гнев на милость, — Что с тобой? Это кровь?
— Она не моя…
— Проходи.
Подруга завернула меня в полотенце и усадила за стол. Лишь дождавшись, пока я согреюсь и отопью хотя бы полкружки горячего травяного чая, она присела напротив и утвердила:
— Рассказывай.
Впрочем, говорить было особо нечего. Я сам не понимал, как такое произошло. Пересказал лишь то, что мне было известно.
— Ясно, — дослушав, кивнула Клара, — Кажется, я знаю, что случилось. Слыхала о таком в институте.
— Да? И что же?
— Уборка, — отозвалась она, — Пустых часто используют для уборки мест происшествий. Отмывать кровь и подобное.
Я невольно поёжился.
— А что делать? — Крала развела руками, — Это лучше, чем привлекать людей в сознании. Помогает избежать многих психотравм.
— Ага, это ты мне скажи…
Она вздохнула, с сочувствием покачав головой.
— Видимо, что-то пошло не так, раз ты проснулся. Возможно, в Аспиде напортачили… подонки! Нельзя это так оставлять! — она резко поднялась на ноги и сокрушённо всплеснула руками, — Ты должен обратиться в комиссию. Подать в суд… И вообще, у тебя в контракте значится, что твоё тело могут использовать в подобных целях?
Я задумчиво уставился в чашку. А после покачал головой.
— Не уверен…
— Тогда определённо суд! Пускай теперь раскошелятся. Выплатят компенсацию, моральный ущерб… или что там ещё причитается? — пометавшись взад-вперёд, она уселась обратно, — Нужен хороший юрист!
— Не думаю, что стоит обращаться куда-то, — снова покачал головой я.
— О чём ты? Да они тебе золотые горы выплатят!
— Не уверен, — я посмотрел на подругу, чувствуя как на глаза вот-вот навернутся слёзы, — Там всё выглядело… не совсем так, как ты говоришь. Я не видел тряпок. Каких-то средств для уборки. Зато там был нож. Такое чувство, что это я…
Я замолчал, снова уставившись в чашку.
Клара поняла. И присев рядом, обняла за плечи.
— Ладно тебе, успокойся. Это точно не ты. Вот увидишь. Всё именно так, как я говорю, — она задумалась, — Но пока, думаю, тебе и в самом деле не стоит торопиться. Подождём до завтра. Посмотрим, что станет известно. А пока оставайся у меня. Я разберу диван.
Я с минуту сидел молча, обдумывая предложение. А после покачал головой.
— Нет. Мне лучше вернуться домой.
— Уверен? — Клара с тревогой посмотрела на меня.
— Вполне, — подтвердил я, — Дома и стены лечат. Нужно хорошо отоспаться.
— Как скажешь. Я вызову тебе такси.
Понятное дело, что на модель класса "А" денег у нас не было — по ночам цены на них и вовсе взлетали. Так что пришлось долго колесить по окрестностям, любуясь городскими пейзажами изнутри.
Впрочем, посмотреть было на что. Ночью Праймстэд был прекрасен — даже самые скверные его районы. Не зря его называли культурной столицей страны. Причём как в отношении науки, так и в плане развлечений.
Несмотря на позднее время, город не спал. Статус миллионника и в былые времена говорил о бурной жизни, которая никогда не затихает. А с внедрением технологии пустых гулянья могли продолжаться почти бесконечно.