— ты голодна? — спросил я, видя её стеснение
— есть такое.. Но это же твоя еда
— я не голоден, да и если даже захочу, могу сам спуститься в ресторан. Приятного аппетита, вандалка
— Эрик — мой голос казался отстранённым, сухим и тихим. Но это было не так
Он отвлёкся от каких-то отчётов.. — да?
— расскажи о себе что-нибудь
— нечего рассказывать, Лен. Жизнь как у всех.
— ничего себе как у всех. Не всем доступно руководить целым поездом который еще и как убежище служит.. И.. Эрик, спасибо что пропустил нас
— не благодари, но остерегайтесь Кристиана, проблем не оберетесь если он увидит вас там, где вы быть не должны.
— какие это места?
Он многозначительно и долго молчал, но потом ответил — их много
— Лена — отозвался он
— да?
— зачем ты всё-таки сломала мне машину? Одну из самых дорогих и восстановленных.
Виновато взглянула на тебя щенячими глазами, и отвела взгляд задумавшись.
— ты был груб, это за грубость
— но заметь: с тобой не груб
Что-то тёплое было в моих словах для неё, на её лице тут же воссияла улыбка
— я.. Не хотела, честно.. Нам нужен был человек с машиной, а на трассе кроме тебя никого не было, чтобы ты взял нас без проблем, пришлось ломать
— трасса моё место обитания, я тебя ждал, забирай малышка — вертелось на языке, но я не мог.. Мы чёрт возьми едва знакомы, а я уже обращаюсь к ней на "малышка" и пытаюсь затащить в кровать.. Но это так, на будущее. У меня уже есть план как сделать её своей в этом кошмарном сне
— не хотела, но сделала.— мы едва сутки знакомы, а мне уже стыдно за свой характер и поведение с которым я к ней отношусь. Мне хочется прижать её к себе, а вместо этого я стою и грублю ей, с холодом отвечая на вопросы
— а говорил не груб со мной... — фыркнув сквозь зубы ответила она, и обиженно отвернулась
— жизнь сложная штука, вандалка. Пойми. Мир никогда не крутился вокруг кого-то конкретного, и такого не будет никогда. Уж тем-более в Лейквуде когда происходит такая ситуация.
— какая "такая"? Какой-то обезумевший просто создал вирус, захотел власти. Вот и вся ситуация, Эрик. Просто нужно понять как с этим бороться, а не сидеть сложа руки и ждать пока это сделают другие. В конце концов мы должны хоть что-то попытаться сделать — выпаливала я, не молча ни секунды.
— да уж.. Обезумевший.. — сквозь зубы процедил Эрик, вспоминая того, чьё имя не вертелось на языке с того момента как над ним перестали ставить опыты. — вандалка, пойми.. — взяв девушку за плечи он заставил её поднять взгляд.
— мы как минимум ничего не сможем сделать только потому, что даже не знаем как. — отвожу взгляд в сторону, но тут же возвращаю к ней.
— и поэтому мы стоим тут без дела? — озирающий меня взгляд пронзал меня насквозь. Она.. Что?
— ты хочешь действовать?
— именно.
— и что у тебя в планах?
— для начала найти того, кто привел сюда этих... Пустых
— обещай что не будешь метать мне в спину ножи, если я скажу кто он. — решаюсь на то, на что не решился бы никогда. Только ради неё.
Решительный взгляд говорил о многом.
Тайна на двоих
— мой отец. — резкий холод по спине пробегает пронзая меня ещё и мурашками. Надо мной ставили опыты, издевались как могли, отец был монстром. А я боюсь ответа от той, в кого до безумия влюбился.
— что?.. — шепчет едва слышно даже наверняка самой себе. — а подробнее?
— ты точно к такому готова? — усмехаюсь
— если это не проведённая ночь через пару дней знакомства, то готова — решительно соглашаюсь, и по указаниям Эрика внимательно слушаю
— с 7-ми лет надо мной ставили опыты. Мой же отец, о матери я не знал ничего, он не говорил. Я терпел. Слишком долго терпел. Принимал препараты которые этот ублюдок вводил в меня. С каждой дозой мне становилось все хуже, но он и слушать не хотел. Ему был важен результат, он хотел власти над городом. Он вырабатывал во мне силы, провоцировал чтобы я отрывался на нём, ибо если нет - слабак. Мудак издевался как мог. А у меня не оставалось ни единого выбора, кроме как сидеть как подопытный кролик и смирно ждать когда жажда власти закончится.
Она слушала с внимательностью, но в её глазах читался ужас, но поверь вандалка, это еще не все о чем я планирую рассказать
— через пару лет выработанной силы он дал мне списки. Тех, кого я должен был убить. И среди них был.. Шериф, который втирал мне что-то про дочь, про то, что она у него единственная и он нужен ей живым. Но я был безэмоциональной машиной. Он таким меня сделал. И мне пришлось это сделать. Еще пару жертв, и от меня ничего не требовалось. Его копии сделали бы все за меня.