Вскоре она подошла к своему темному дому. Все соседние дома на улице были ярко освещены, а из окон и небольших садиков доносилась музыка и смех, но ее дом был окутан тишиной и мраком. Ева вынула из сумки ключи и привычным движением отперла дверь. Добравшись до ванной, она быстро сбросила с себя одежду и нырнула под теплую струю душа, тщательно смывая с тела даже малейшие воспоминания о прикосновениях Роби Фрейзера. Отвращение было настолько велико, что Ева даже рот прополоскала. Покончив с этой санитарной процедурой, она забралась под одеяло и мгновенно погрузилась в тяжелый и беспокойный сон.
Примерно в миле от дома Евы, в здании на Слоан-авеню, на кровати сидел Ху Нан и тупо смотрел на стену перед собой. Его недавний разговор с Роби Фрейзером, длившийся не более трех минут, вконец перечеркнул все его прошлое, уничтожил настоящее и недвусмысленно предопределил будущее. Это были простые и спокойные слова, в которых звучала неприкрытая угроза, наводящая на него ужас. Даже время, казалось, приостановило свой неумолимый бег. Фрейзер ждал его ответа, ждал требуемой информации. А если он скажет ему «нет»? Немыслимо.
Как хотелось ему провалиться сейчас сквозь землю, застыть, замереть и никогда больше не двигаться. Или вернуться в свои родные края, где он мог спокойно наслаждаться домом, ходить на работу, пить ароматный кофе, беззаботно болтать по телефону и ни о чем не думать. Возможно ли это? Вряд ли. Какая радость может быть в рутинной жизни, скучной и безобразной?
Напряжение достигло предела, он почувствовал, что не может дольше оставаться один. Лихорадочно напялив на себя одежду, он вышел из дома, сел в машину и отправился в Холборн, к месту своей работы.
За рулем он немного успокоился, привычно наблюдая за дорожными знаками и рекламными щитами, выстроившимися вдоль дороги. Конечно, это было не совсем подходящее время для работы в офисе, но он надеялся, что найдет разумное объяснение своему поступку. Когда его встретили трое охранников, он сказал им, что забыл бумажник в своем кабинете, и они великодушно пропустили его, так как всегда испытывали к нему некоторую симпатию. Но когда он исчез за дверью лифта, они удивленно переглянулись.
— Пьяный?
— Возможно. Хотя на него это не похоже. Странно, однако.
— Дадим ему пять минут. За это время он должен вернуться, но если не появится…
— Я поднимусь к нему, — предложил Джек, самый старший из них.
Подождав пять минут, Джек поднялся наверх, чтобы проверить, что там делает Нан. Он двигался осторожно и медленно, профессионально оглядываясь вокруг. Нан сидел в полутемном кабинете перед включенной настольной лампой в состоянии полной отрешенности. Он неохотно повернул голову к двери, посмотрел на охранника и снова отвернулся.
— Ты отыскал свой бумажник?
— Я его не терял.
— Я так и подумал. — Джек подошел к нему и уселся на край стола. — Однако и работой ты тоже не занят.
— Да.
— Так в чем же дело?
Нан пошевелился в кресле и беспомощно пожал плечами.
— Я и сам толком не знаю. Наверное, мне не следовало приезжать сюда. — Он тяжело поднялся. — Я ухожу. — При этом он похлопал себя по карманам пиджака. — Я ничего не взял здесь. У меня нет никаких бумаг. Можешь проверить, если хочешь.
Джек бросил на него быстрый оценивающий взгляд.
— В этом нет необходимости, мистер Ху. У меня и в мыслях не было ничего подобного.
Вообще-то выборочные проверки отдельных служащих были в порядке вещей. В особенности если они работали в сверхсекретных отделах. Наиболее часто проверяли тех, кто вызывал хоть малейшие подозрения, но Нана это совершенно не касалось. Тем более что у того был вид человека, который что-то действительно потерял, а не украл.
Нан сел в машину, завел двигатель и рванул с места. Он ехал быстро, не обращая практически никакого внимания на дорожные знаки и на встречные машины. Ему что-то кричали и неистово сигналили, но он не слышал всего этого, упрямо нажимая на газ. К счастью, все обошлось, и вскоре он благополучно добрался до дома.
Закрыв за собой дверь, он тотчас же схватил лейку с водой и стал остервенело поливать свои любимые комнатные растения. Попутно он срывал пожелтевшие листочки и швырял их на пол. Покончив с этой привычной процедурой, он отнес лейку на кухню и вытер тряпкой мокрые пятна на подоконниках. Через несколько минут он почувствовал, что выхода нет и нужно предпринять какие-то шаги, чтобы раз и навсегда избавиться от этого кошмара. Тем более что ему совершенно нечего терять: В одночасье он лишился всего, чем так дорожил, — свободы, независимости и достоинства. Глубоко вздохнув, Нан снял трубку и дрожащими пальцами набрал номер Роби Фрейзера.