Мужчина расхохотался.
– Предложение хорошее, но лучше тебе сначала выпить водички. Это зелье повышает жизненный тонус. Я его сварил, чтобы активировать наши защитные поля, а в итоге…
– Активировал мою глупость, – сообщила я с улыбкой. – Предлагаю устроить незапланированное выступление. Зрителем будешь ты, а я снова стану танцевать.
– Не откажусь посмотреть, что за разговор ты придумаешь на сей раз, – сказал мужчина и подал мне руку.
Он был не прочь подурачиться, но делал это так очаровательно, что я не могла согнать с лица широкую улыбку. Ашри вел меня в задорном танце по лоджии, к спальне, где мы, смеясь, плюхнулись на кровать.
– Нет-нет, раздевание после, – строго сказала я.
Он отпустил мою ногу и вальяжно устроился на покрывале.
– Хорошо, лапка. Действуй.
И не было ни тьмы, ни последствий тьмы там, где звучал смех. Тем более что я прекрасно знала, какой танец избрать для того, чтобы еще сильнее укрепить защитное поле нашего уютного дома…
Глава 16. Начало
Это был не разговор – сплошное дурачество и кривляние. Я надела свой самый яркий костюм с перьями и цветными бусинами, распустила волосы, зная, что мужчине это нравится, и кувыркалась, кружилась, даже отталкивалась от стен, скача, словно макака. Правда, делала это по возможности красиво, и Ашри, хотя и смеялся, смотрел на меня пристально и странно. Я чувствовала, что любое мое движение он подмечает, находит смысл даже в ритме сердца, и ждет подходящего момента, чтобы сделать индивидуальный танец парным.
Через несколько минут выветрилась из меня глупость, и на место ей пришло тихое удовольствие. Хотелось чего-то невообразимого, неожиданного. Я стремительно прыгнула к Ашри и повалила его навзничь, чтобы сразу попасться в кольцо крепких рук.
– Танец окончен? – усмехнулся мужчина.
Словно в ответ заиграла музыка совершенно другого плана – быстрая, заводная – и Ашри ловко поднялся, держа меня за пояс. Теперь дурачились оба, и не знаю, кто выглядел смешней: я в своем неуместном костюме, или Ашри в спадающих штанах и с торчащими дыбом волосами.
Он прижимал меня все плотнее, и теперь я точно знала, как танцуют супруги. Это была очевидная сексуальность, необузданность и желание в каждом прикосновении. Мы остановились возле стены, и Ашри щелкнул выключателем. Теперь вокруг было темно, только музыка и неясные отблески снега подсказывали, где отыскать постель.
Теплые мужские пальцы тронули мой живот, коснулись неприкрытого бедра, скользнули выше… Я погладила его грудь и запрокинула голову, мягко касаясь сухих и теплых губ. Ответный поцелуй пробрал до самого нутра, сделал слабой и податливой. Недостаточно раскованная при свете, в темноте я стала смелее, и этого хватило, чтобы Ашри превратился в голодного, яростного зверя. Я доверяла ему: даже поддавшись страсти, став жестким и требовательным, он бы не причинил мне вреда. Одежда была не сброшена – сорвана, откинута прочь. Ашри бросил меня на кровать, и через мгновение оказался сверху. Его губы накрыли мои, и вскрикнуть не получилось. Так трудно и заполняющее, и приятно до дрожи… Я очумела. Мне хотелось больше и дольше, и было страшно уже не боли, а того, что Ашри остановится. Дыхание его было обжигающим, а мне не хватало моего. И пусть бесстыдно, и пусть я не понимаю, что делаю. Главным было тягучее, прекрасное ощущение единства, что рождало кругом постели всполохи света и заставляло меня все сильнее прогибаться навстречу безжалостным толчкам.
А потом я вскрикнула, пытаясь справиться с волной крупной дрожи, и не смогла – сдалась, потерялась в надежных руках. И смутилась, когда Ашри с улыбкой посмотрел мне в глаза.
– Ты чудесная, Мира.
– И ты чудесный, Ашри. То есть мне было замечательно… А теперь еще лучше… Нет, не так. Мне всегда хорошо рядом с тобой, но когда ты такой – я забываюсь. Голова отключается, одно только сердце стучит, и тело жаждет.
– Мне очень приятно это слышать, – тихо сказал он, склоняясь и мягко прикусывая мое ухо. – Повторим?
– Сейчас? – испугалась я.
– Угу. В ванной, например.
Меня объяло любопытство, и захотелось тотчас согласиться, но для начала я спросила:
– А ничего, что мы ребят одних бросили?
– О, не беспокойся. Гаяр здесь отлично ориентируется. Да он и сам попросил оставить их наедине. Сказал, что ты наверняка захочет успокоить Кэсьен, и попросил не делать этого.
– Он справится?
– Уверен в этом.
– Тогда пойдем принимать ванную.
В итоге мы провалялись там полчаса – безо всяких приставаний, просто чувствуя друг друга. Я расслабилась и задремала, а проснулась оттого, что Ашри тихо напевал какую-то мелодию. Боясь спугнуть его, я не открывала глаз – слушала жадно и внимательно. У мужчины был красивый, нестандартный голос, хрипловатый и чарующий. Он поглаживал меня по влажным волосам, и я чувствовала, как в ритме песни стучит его сердце. Было в этом то самое, светлое волшебство, и покинувший нас дух не казался страшным. Я сама не заметила, как рука моя опустилась вниз, к бедрам мужчины, и он тотчас замолчал.