– Прости.
– Ничего, – тоже шепотом отозвался он. – Мне нравится. Твои пальцы восхитительно нежные… продолжай, если хочешь.
– Ты потом еще споешь мне?
– Да, если таково твое желание, хотя я делаю это весьма посредственно.
Я решила не переубеждать его прямо сейчас. Выражу свое восхищение позже, после того, как мы насытимся. Голод вернулся – такой, как и прежде, и это удивляло и смущало меня.
– А можно я?..
– Да.
Я коснулась его внизу с величайшей осторожностью – и покраснела. Что делать? Просто погладить? Мне хотелось зайти дальше, и Ашри замер, прикрыв глаза – ждал, разрешал мне быть смелой. И я решилась, действуя инстинктивно, пробуя и наслаждаясь. Всего лишь ласковые прикосновения, но какой от них был эффект! Я не заметила, как разгорячилась сама, как легла на Ашри сверху и начала целовать его…
А в себя пришла уже в постели, вытертая насухо, укрытая теплым пледом, в объятьях любимого. Голая. Ослабевшая. Абсолютно счастливая... Всю ночь мне снилась белая пустыня в голубых озерах, где мы с Ашри купались и наслаждались друг другом, и не было места прекрасней бесконечного мягкого полотна. Мириады песчинок, и в каждой – сияющая вселенная, живая и горячая, а глубины вод полны звезд, искрятся, играют радугой.
Когда солнце село, мы долго гуляли вдоль лунной воды, и было совсем не холодно, потому что нас грели объятья и любовь. Я знала, что должна вспомнить что-то важное, но никак не могла сосредоточиться. Мы шли и шли, пока лунное серебро не сменила густая зелень сомкнувшихся над головами крон. И тогда лес начал нашептывать мне понятные только во сне истины, и звучали они на странной смеси дивноречья и тальмийского.
А потом впереди показались черные горы – совсем не страшные, одинокие, усталые.
– Хочешь? – спросил Ашри.
Я не знала, что ответить, но понимала, в чем смысл его предложения.
Вернуть прошлое. Вернуть семью. Значит, кровавик был прав, обещая мне выбор?
– Нет, не хочу, – отозвалась я, покрепче прижимаясь к мужчине. – Ты – мое настоящее.
И открыла глаза, чувствуя, как сильно стиснула руку Ашри.
– Мира, – отчетливо пробормотал он, не просыпаясь.
Я обхватила его за плечи, положила голову мужчине на грудь, и он обнял меня, продолжая тихо и размеренно дышать. Как бы я ни тосковала по родителям, которых не помнила, предпочесть их Ашри не смогла бы. Даже во сне, где можно проиграть все варианты.
Вдруг этот фантастический выбор и правда существовал, что тогда? Гаяр мог обращаться со временем, наш мир окутывала магия, по улицам летали духи, которые любят снег… А если люди, которые считались погибшими, действительно могли вернуться домой? Я решила непременно поговорить об этом с «Оазисами», хотя и ни на что не надеялась. Сейчас мне было хорошо в тепле и нежности. Что замечательней обычного валяния в постели в выходной? Наверное, лишь близость и родной человек, рядом с которым хочется проснуться. Я склонилась и поцеловала Ашри в щеку, а потом тихонько вылезла из-под одеяла и пошла одеваться. Кому, как не хозяйке, готовить завтрак?
Снег все еще шел, и город был накрыт толстенным снежным покрывалом. В парке исчезли скамейки и урны, и только проступал в белой пелене силуэт колеса обозрения. Лес и реку было не отличить, людей на улице я не увидела вовсе, но шторы так и оставила распахнутыми.
Для начала нужно было сварить Ашри кофе – очень уж он его любил. Я нашла все необходимое быстро, и, уже наливая горячий напиток в чашки, вспомнила про вкусности бабушки. Отлично, значит, составлю два больших подноса – нам с Ашри и ребятам. Вот только отнести им все это я не решилась – вдруг разбужу? Наверняка Кэсьен после ночного происшествия спала крепко. И тут на кухню пришел Гаяр – как всегда полураздетый, ухмыляющийся и чем-то очень довольный.
– Доброе утро. О, это мне?
– Да. Можешь забрать в комнату. Если что посерьезней покушать – я приготовлю чуть позже.
– Благодарю покорно, прекрасная хозяйка. Кэсьен будет рада еде, хотя она еще спит.