– Небо здесь красивое, – продолжая ласкать мои руки, сказал мужчина. – Я всегда любовался им и думал, что оно единственное всегда будет восхищать меня до мурашек. Черт, как приятно ошибаться!
Неожиданный поцелуй был горячим и глубоким, и я прижалась к мужчине, надеясь на продолжение.
– Вот доберемся до места ночлега – и продолжим. Я поражаюсь, как, после всего, ты еще не уснула мертвым сном у меня на руках.
– Я усну, если подо мной будет кровать. Но сначала…
И игриво погладила его пониже спины. Ащри довольно расхохотался.
– Ты просто чудо, лапка. Идем. Пусть нас там не ждут джакузи и кондиционеры, зато ждет удобная постель из звезд и галактик, в которых вполне можно утонуть.
Глава 20. Продолжение_2
И мы тонули до поздней ночи – друг в друге, в новых ощущениях и страсти. Маленький дом прятался среди деревьев, и хотя там была всего одна большая комната с небольшой кроватью, для нас это было идеальное место. Я нашла у Ашри особо чувствительное место на затылке, и щекотала его, восторгаясь тем, как красиво отросли у мужчины волосы.
– Так приятно их касаться! У меня внутри все замирает от удовольствия.
– Твои волосы куда приятнее. Особенно когда они так струятся между пальцев. Я готов до бесконечности тебя ласкать, Мира.
– Хорошо бы остаться в этой бесконечности навсегда, – прошептала я.
Но утром нам пришлось покинуть замечательный дом из светлого камня и отправиться дальше. Я думала, что красивее водопадов и лесов ничего уже не увижу, но ошиблась.
К полудню мы добрались до места столь прекрасного, что оно казалось сошедшим с райской картинки. Ослепительно белые, нереальные песчаные пляжи во впадинах синих лагун, раскидистые темно-зеленые пальмы с рыжими стволами, пушистые кусты, усыпанные, словно звездами, крохотными красными цветочками, и множество огромных белых лилий, мирно дремлющих на тихой глади. Волшебный лабиринт из воды, толстых стволов и цветущего великолепия. Небо лазурное, высокое, жаркое. Здесь хотелось надолго заблудиться…
– Место как будто из сна, – сказала я. – Совершенно невероятное.
– Я любил приходить сюда мальчишкой, и бродил по воде – то по щиколотку, то проваливаясь с головой. Это была своего рода забава, измерять глубину.
– Но откуда здесь лагуны?
– Они подпитываются из нескольких источников, в том числе подземных. И океан близко.
– Ой, правда? – с восхищенным удивлением воскликнула я. – И мы его увидим? А я не знала, что твой дом неподалеку от побережья!
– В нескольких минутах ходьбы, – улыбнулся Ашри. – И вскоре мы можем встретить кого-нибудь из домашних. Нет, не торопись одеваться. Внезапно они не появятся.
Я шла в одних плавках, перебросив волосы на грудь, Ашри же вовсе был голым и совершенно этого не стеснялся.
– Ты предупреди, если получится, заранее… А то меня посчитают развращенной тальмийкой.
– Снова ты переживаешь, – сказал он. – Расслабься, лапка. Ты сразу поймешь, что папа совсем не такой страшный и требовательный. А пока что…
Я успела коротко взвизгнуть – и с головой ушла в прохладные воды ближайшей лагуны. Ашри плюхнулся следом, и мы долго плескали друг в друга водой, ныряли, дурачились и играли в догонялки. Потом, правда, пришлось вернуться за вещами, и уже без остановок двигаться к океану. Я висела у мужчины на руке сосиской, иногда нарочно едва переставляя ноги, и тогда он тащил меня по песку волоком. Было почему-то ужасно смешно обоим, и вскоре от хохота начал болеть живот.
А потом показался он – огромный, сине-зеленый, – и уже я потянула Ашри вперед, прямо в набегающие волны. Не было сомнений в том, что произойдет дальше, и танец мой начался с высокого, длинного прыжка.
– Продолжай, – сказал мужчина, внимательно и серьезно за мной наблюдая. – Мне очень нравится то, что я вижу.
Я знала, как он любит мои танцы, и не стеснялась. Пусть волосы разлетаются, пусть влажное тело на солнце выглядит влекущим и еще более желанным! Мне хотелось придумать для Ашри особый танец, и чтобы никто больше о нем не знал. Наш собственный Разговор для Двоих – сложный, долгий, великолепный. Я отдавалась ритму, звучащему внутри сердца, целиком, и манила мужчину за собой в тень высоченной пальмы. Я хотела завладеть им, создать для нас красивейшее воспоминание, и, когда мы упали на песок, почувствовала, что от восторга и полноты чувств в глазах дрожат слезы.
– Я больше не буду выступать, – вырвалось само собой неожиданное. – Хочу танцевать только для тебя.
– Нет, Мира, ты должна танцевать и для других, – сказал Ашри, прижимаясь ко мне твердым, горячим телом. – Я даже подумывал предложить тебе преподавать, как только освоишь Разговор с Пустотой. Ильрэз была бы не против, хотя в свете последних событий я не отказался бы серьезно с ней побеседовать. Но обсудим это, когда вернемся на Тальмию.