– Хорошо, я утолю любопытство позже. – Я порадовалась было, но некстати глянула в окно, и неконтролируемая дрожь пошла по телу. – Ой, гляди, какие там облака! Надеюсь, мы не туда летим.
Чернота была ужасающей. По правде говоря, я никогда не видела прежде подобного неба. Оно как будто не из облаков состояло, а из сгустков смолы, способных что угодно в себя засосать.
– Они останутся по правому борту, – сказал Ашри. – Гроза, судя по всему, и правда сильная.
– Ты снова говоришь меньше, чем знаешь, – улыбнулась я.
Ашри сжал мою руку.
– У меня с непогодой свои счеты. Расскажу, когда приземлимся.
Я хотела поспать до того, как подадут ужин, и даже устроилась у Ашри на плече, но вскоре поняла, что придется встать.
– Мне нужно в туалет. До аэропорта просто не выживу.
Мужчина тихо рассмеялся.
– Иди, конечно.
Я поднялась, чувствуя в теле странную вялость. Наверное, сказывалось то, что я настроилась на сон. Ашри погладил мою руку, когда я пробиралась мимо него, и тихо сказал на дивноречье:
– Возвращайся скорее, моя малышка.
Я счастливо улыбнулась своим мыслям. Скоро Новый год, и для Ашри стоило придумать какой-нибудь интересный подарок. Даже мелькнула мысль: зря Гаяру амулет отдала! А потом я поняла, что это тоже судьба. Хотелось верить, что у Гаяра все-таки появятся дети, и он передаст подвеску сыну.
Я быстро сделала дела и немного умылась. Как здорово планировать что-то и осуществлять свои идеи! Наверное, это приближающиеся праздники так на меня действовали. К тому же мы собирались по возвращении снова сходить в парк, и в кофейню, и в кино… Самолет тряхнуло, и я уцепилась за стены. Турбулентность, будь она неладна! Так можно и до своего места не добраться.
А потом что-то громко хлопнуло, и меня унесло вверх, ударив головой о потолок. Сознание отключилось мгновенно, словно погас весь питающий тело свет, и тьма, что окутала сердце, была отнюдь не так безобидна, как обычная ночь. У этой черноты были зубы, именно ими она схватила меня за ногу и больно рванула вниз, в ледяную пустоту, где даже дышать было невозможно… Падение казалось бесконечным, мучительным, словно меня медленно растягивало в пространств, превращая в нечто несформированное, разделенное на множество кусочков, и несчастное в своем вечном страдании…
Я очнулась от холода, и приподняла мокрую голову над землей: черное, растерзанное тучами небо, серый простор моря. И далеко-далеко над водой крошечный падающий самолет. Один из двигателей горел, и, казалось, были слышны отчаянные крики обреченных...
Это был наш с Ашри самолет, в котором почему-то не было меня. Какого черта вообще творилось? Я ударилась башкой так сильно, что теперь видела тяжелые, мутные, жуткие сны? Не бывало во сне крови. Сны не вызывали тошноту. Они не кружили голову, не путали мысли. Сон не мог оставить на моем теле столь внятный след – длинную полосу порванной кожи…
И все-таки боль была ничем по сравнению с отчаянием. Самое страшное, что я жила, а те, кто находился в самолете, погибали. Им оставались жалкие секунды. Несправедливо, неправильно! Я должна была сидеть сейчас рядом с любимым, быть с ним в эти страшные мгновения, держать за руку… Я должна была умереть вместе с ним, но вместо этого валялась на холодных черных скалах высоко над морем.
И рыдала, моля высшие силы не дать этому случиться. Пыталась встать, что-то ненужное предпринять. Но птица потеряла крыло и исчезла средь тумана, смешалась с серой далью, и мне лишь почудилось в шепоте ветра прощальное слово «Люблю».
Вот и не стало нас. Закончилось настоящее, и сама мысль о будущем была мне ненавистна. Да, Ашри мог выжить. Скорее всего, выжили и еще люди… Но это было лишь утешение ослабевшего, замершего в ужасе сердца. А потом я поняла, где нахожусь, и содрогнулась от нового страха.
Вокруг были не просто темные скалы – каким-то неведомым образом меня занесло в Черногорье. Я стала пленницей этого места и времени, и боялась более всего не умереть по-настоящему. Ведь если бы я погибла тоже, то смогла бы встретить Ашри за чертой… А вдруг он был жив? Слабая надежна упрямо сражалась с отчаянием и выиграла: я заставила себя подняться во весь рост и оглядеться.