– Рад тебя видеть, Мира. Позволишь подвезти?
– И я тебе очень рада! У меня занятия по шахрэ, так что я не домой.
– Довезу, куда скажешь.
– Хорошо, если тебе удобно. Спасибо!
Уже на подъезде к спорткомплексу он заметил, что я волнуюсь.
– В чем дело? Неужели ты переживаешь из-за тренировки? Ты прекрасно танцуешь, Мира.
Я благодарно улыбнулась и поспешила объяснить:
– Ильрэз просила заменить ее, а группа большая, и я совсем не распланировала урок. Правда, у меня еще примерно час есть, чтобы разогреться…
– Могу помочь, – вдруг сказал он. – Шахрэ не танцуют парой, но что-то я сделать в силах. Подсказать, посмотреть.
Он подал отличную идею. Возможно, именно этого – пристального внимания со стороны – мне и не хватало.
– Без абонемента тебя не пустят…
– У меня он есть, не переживай. Я ведь тоже хожу разминаться.
– Тогда я согласна!
Однако уже в вестибюле нас ждал сюрприз: Март и его друг Кузя.
– А, Мира, здравствуй. – Он посмотрел на подтянутого, но далеко не так сильно накачанного Ашри. – Вы идете на третий этаж?
– Привет, Март, – отозвалась я. – Привет, Кузь. Да, именно туда мы направляемся.
– Ты нас представишь? – между тем довольно резко, с какой-то нервной интонацией сказал мужчина. И, не дожидаясь, сам протянул руку Ашри: – Март Астра, я здесь инструктор. Вы, кажется, не так давно ходите?
– Ашри-Шадр, – отозвался мужчина, крепко пожав руку настырному атлету. – Я умею быть незаметным и не нуждаюсь в ваших консультациях, наверное, именно поэтому мы прежде не пересекались.
– Ашри Шадр? – удивился Кузя. – О, так вы тот самый архитектор?
– Какой именно? – усмехнулся Ашри.
– Ну, по проекту которого этот комплекс строили!
– Да, – кивнул мужчина. – Вы простите, нам пора. Март, у вас было к Мире какое-то дело?
– Нет. Не то чтобы… Это не срочно. Потом.
И он пружинистым шагом пошел прочь, а следом зашагал и Кузя.
– Твои поклонники? – улыбнулся Ашри.
– Только Март, да и то, у нас было всего одно свидание сто лет назад. Я сразу поняла, что мы совершенно друг другу не подходим, а он все равно постоянно мне предлагает встретиться еще раз. – Я вздохнула. – Ладно, это не важно. Пойдем лучше в зал.
Ашри кивнул, а я задумалась над тем, что только что узнала. Скорее всего, он был не просто автором проекта, но и совладельцем этого спорткомплекса. Впрочем, это никак на мое к нему отношение не влияло.
Переодевшись в короткий топ и широкие брюки «шахи», я разминалась, ожидая, когда мужчина появится. Сердце почему-то билось, словно после многокилометрового бега. Ашри появился через несколько минут – в черной спортивной форме, которая подчеркивала его крепкую, красивую фигуру, и добавляла роста.
– Командуй, – с улыбкой сказал он. – Я хороший подчиненный.
Про себя я подумала, что он и хороший начальник, но сказала другое:
– Давай сначала разогреемся. Как ты обычно разминаешься?
– Никак. Мне это не нужно. В туарских боевых искусствах разминки как таковой вообще нет, ведь если на тебя стремительно нападут, на это просто не будет времени. Тело должно быть готово всегда, как у кошки.
– Ух ты! Хотя, я тоже могу сесть на шпагат в любой момент, просто если немного подготовить мышцы, это сделать проще. Ну, тогда давай поделаем для начала упражнения на взаимодействие. Кстати, они взяты из ардэз, вашего знаменитого боевого искусства.
– О, какая Ильрэз умница, – улыбнулся Ашри, протягивая мне ладони. – Это будет полезно всякому.
Так началась эта замечательная тренировка. Было приятно заниматься с мужчиной, тем более таким чутким и сильным, как Ашри. Но я почти сразу поняла, почему Ильрэз всегда хитро улыбалась, когда девушки спрашивали про то, как танцуют парные танцы на Туаре.
– О, это отдельная глава книги о шахрэ, и ее можно читать только замужним девушкам. Вам, милые, знать о подобных танцах не полагается.
Я всегда при этих ее словах жутко смущалась, и теперь стало ясно, что примерно наставница подразумевала.
Ашри не был моим супругом, но он определенно мог бы многое о парном шахрэ поведать. Любые наши совместные движения вызывали во мне особенное, дрожащее чувство. Энергии, о которых Ильрэз постоянно говорила, стали литься иначе, и чувства заострились. Всего-то привычные упражнения, но соприкосновения пальцев учащали пульс, делали его живым и колючим. Тело мое стало горячим, а конечности – легкими и гибкими.