У него не было родных, друзей, не было любимого человека. Именно сегодня ночью Майкл Гринн особенно остро ощущал одиночество - это то чувство, когда никто про тебя не вспомнит и очень скоро горячий ветер высушит и мумифицирует умершую плоть. 100 миль - это не шутка, а шансы на выживание совсем ничтожны.
- Хрен вам! - тихо со злобой в голосе произнес арестант. - Мы еще поборемся!
Он ворочался на лежаке с боку на бок, но сон все не шел. За затянутым сеткой окном начинало светать - наступал новый день, возможно последний в тюрьме. А что дальше? Все очень просто - свобода или смерть...
- Здравствуйте, заключенный Майкл Гринн!
Заключенный едва не упал на пол от неожиданности, услышав довольно специфический электронный голос.
- Я ваш адвокат. Вы готовы меня выслушать?
- Валяй!
- Мистер Гринн, Высший суд Кренберри, как и ожидалось, отклонил вашу бессмысленную апелляцию о помиловании. Сегодня в 10-00 приговор о высшей мере наказания будет приведен в силу.
- Вот черт, почему же так быстро? - тихо спросил Майкл.
Адвокатский набор битов проигнорировал вопрос и спросил:
- Какие два предмета из утвержденного законом перечня хотите взять?
Майкл Гринн ждал этого вопроса. Еще несколько дней назад он тщательно изучил тюремную сетевую библиотеку и знал, что наибольшие шансы выжить предоставляли лишь две вещи.
- Я возьму компас и воду.
- Хорошо, эти вещи будут ждать вас в тюремном шаттле. Я, в свою очередь, хочу пожелать вам, мистер Гринн, удачи и легких песков! Петиция о помиловании будет ждать вас в архиве на базе приставов в случае успеха. Кого из родственников следует уведомить, скажем так, если удача покинет вас?
- У меня никого нет.
- Что ж, тогда возьму на себя ответственность, как ваш адвокат, составить некролог и разместить в государственном электронном издании "Манифест". Если вам все понятно, то на этом закончим.
- Что ж тут непонятного...
Спикерфон щелкнул и замолк. Дверь камеры бесшумно исчезла в нише стены. Наступило время последнего завтрака. Майкл посмотрел на свое отражение во встроенном в стену бронированном зеркале и обомлел - за сегодняшнюю бессонную ночь его лицо постарело на лет десять, а в волосах появилась седина. Старик стариком.
Все последующие события пронеслись мимо, словно в тумане: завтрак, на котором он по совету тюремных "экспертов" старался выпить как можно больше воды перед испытанием, прогулка на трясущихся ногах в освещенном солнцем дворике. Затем, ровно в десять, робот-надзиратель отвел по ступеням наверх, где находилась посадочная площадка шаттла. Тут, на возвышении, дул сильный ветер, вращая огромные лопасти ветряных турбин, вырабатывающих электричество для нужд "Мунаверти". Под монотонный гул, заключенный медленно, зачем-то стараясь выиграть время, направился к летающей тюрьме. Ему до конца не верилось, что это все происходит с ним.
Серая камера шаттла сильно пахла озоном от работающих на холостом ходу двигателей. Как только Майкл поднялся по трапу во внутрь, бронированная дверь плотно села на свое место. Раздался щелчок магнитного замка.
- Заключенный! Сядьте на кресло и нажмите на правый сенсор! - прохрипело радио.
Гринн, не задумываясь быстро выполнил указание. Автоматические ремни безопасности откинули тело назад, не позволяя рассмотреть, что творится за маленьким мутным иллюминатором. "Серьезно? Они переживают за мою безопасность?". Шаттл тем временем мелко задрожал и медленно поднялся в воздух, разводя круговерть из мелких красных песчинок.
"Боже, я еще даже не прибыл, а уже так хочется пить!" – с тоской подумал заключенный. Интуиция подсказывала, что теперешнее желание насладиться глотанием холодной чистой воды - ничто по сравнению с чувством жажды через несколько дней пути через убийственные пески. Громко взревели маршевые двигатели, и воздушная тюрьма взяла курс на место высадки. "Да уж, о комфорте заключенных явно ребята не заморачиваются" - подумал Майкл, плотно закрывая руками уши. "Потеря слуха - не самая большая из проблем, стоящая намедни. Главное - это выжить!"