Калид подхватил Ариэль на руки и понес на поляну. Сев на бревно, он посадил ее себе на колени и стал нежно поглаживать по голове. Придя в себя, девушка приподнялась и заглянула в карие глаза. На секунду ей показалось, что в них полыхал огонь, но тут же взгляд стал мягче и теплее.
— Для первого раза весьма неплохо, — сказал Лейс, все еще переживая фантазии ученицы. Пришлось читать ее мысли, чтобы контролировать процесс. И это было намного ярче, чем воспоминания.
— Ну да. Так и представляю, как почти теряю сознание от пережитых эмоций и ощущений во время бала или переговоров, — улыбнулась Ариэль.
— Когда дойдет до таких мероприятий, не потеряешь, — пообещал Калид.
— Слушай, давай сбежим и поженимся, а? Я не выдержу несколько месяцев вот так, — призналась принцесса. Ей уже было плевать на свободу, вечеринки и прочее. Да и в глубине души она понимала, что ничего этого не потеряет. Ее слишком любят, чтобы лишить жизни за высокими стенами.
— Ты хочешь выйти замуж ради секса? — Лейс едва сдержал смех.
— Не только. Мне нравится заканчивать и начинать с тобой день, проводить вместе время, просто быть рядом. Присутствует ощущение правильности и естественности происходящего. Как будто мы так давно живем, никакой неловкости. Даже в самом начале я скорее переживала за то, что продемонстрирую, как мне комфортно и хорошо, — откровенничала Ариэль.
— Мы не сбежим, а одна особа будет тренироваться, — строго сказал Калид. А хотелось зацеловать, за каждое слово. Ему часто признавались в любви, находя цветистые фразы, но это… Было больше, чем «люблю», это было признание в нем своего мужчины и принятие их совместного будущего. Только, не научи он ее сейчас, потом эмоции станут более многогранными, яркими, сильными. И скрывать их будет сложнее. Самообладание — чуть не самый важный элемент воспитания будущего монарха. Маска, скрывающая истинные эмоции — залог безопасности не только сюзерена, но и его близких, а иногда и государства.
— Я так и передумать могу, — протянула девушка.
— Хорошо. Мы будем потихоньку давать повод для разговоров, но ничего лишнего. На весеннем балу состоится помолвка, а поженимся летом, — пошел на компромисс Лейс.
— И где только моя стервозность? Ты вечно надо мной издеваешься, а я готова бежать в первую же церковь, — барышня была недовольна собой, злилась на Калида и на себя.
— Я готов был туда бежать, как только тебя увидел, — признался принц.
— Правда? Я же на гулящую была похожа. И вообще не в твоем вкусе.
— Мне было все равно. А после нашей прогулки, общения и ночи я лишь уверился в своем решении. Но оказалось, что твои очаровательные ножки быстро бегают. А настигнув и узнав о тебе побольше, понял, что придется ждать.
— Что за история с невинностью? Я только последствия знаю.
— Кровь — символ жертвы и признание принадлежности роду. Потому наложниц, которым не стать женами, лишают ее искусственно.
— Варварство какое-то, — Ариэль передернуло.
— Ты просто не представляешь последствий. Чем дальше, тем все серьезнее для девушки. Вспомни свою историю личных отношений.
Принцесса перебрала в голове своих бывших. Да, они с Лейсом рядом не стояли. И с каждым годом все больше поклонники предпочитали восхищаться наследницей на расстоянии.
— Получается, что твое присутствие непроизвольно всех отталкивало. Ты потому знал, что фото ненастоящие? — про то, что отправила бывшего, говорить не хотелось. И так она не в меру откровенна сегодня.
— Да. Если речь о наложнице, она просто чахнет от тоски и угасает.
— А как же Бланка?
— Она поступила как мои наложницы.
— Жуть какая! — девушка встала и пошла за вещами. Всю дорогу она молчала. И даже не заметила, что ее не домой повезли, а на смотровую площадку. Калид чуть трансформировал салон машины и притянул Ариэль к себе, она на него вопросительно посмотрела.