– Ты? Побегать? – Кэйташи снова выкатил глаза. – А-а-а, я же совсем забыл! У нас новый Акиро-о-о!
– Да не ори ты, как полоумный! – возмутился я, затыкая уши. – Кружок вокруг универа сделаю и все.
– Вокруг университета? Ты же сдохнешь!
– Не сдохну, – возразил я. – Рассчитаю свои силы.
– Да хрен с ним, с расчетом! Тебя Гэндзи прибьет за первым же углом! Он только и ждет, когда ты появишься на улице один. Так что не советую.
– Зашибись! Мне что теперь, вообще не выходить? – ситуация начинала меня реально бесить.
– Ты лучше тогда с утра пораньше бегай, – встрял в разговор Риота. – Норайо и его шавки утром поспать любят. Часто на занятия опаздывают.
– Спасибо за дельный совет! – я кивнул ему в знак благодарности. И обратился уже к Кэйташи. – Наливай давай, я только чуть-чуть и спать, завтра вставать рано.
– Ну это мы еще посмотрим! – Лицо толстяка светилось, как полуденное солнце. Он достал из шкафчика четыре глиняных кружки и, не торопясь, наполнил игристым напитком. – Ты только попробуй! Это лучший сидр от мадам Окадзаки! А она славится мастерством в этих делах!
– Ого! – Тору присвистнул и отхлебнул из кружки. – Она тебе в долг дала, что ли? На какой хрен тебе такое купить? У тебя же столько денег нет!
– А я долго откладывал, готовился к перерождению Акиро! – гордо провозгласил толстячок. – И куда это ты отхлебнул? Еще тоста не было!
Кэйташи встал на скамейку и сделал максимально важный вид. Тору тихонько прыснул со смеху, но так, чтобы главный артист не заметил. Протянув руку вперед, словно стараясь дотянуться до горизонта, Икэда начал вещать.
– Во славу нашего братана Акиро, из пепла возродившегося, я опрокину этот кубок! И пусть путеводная звезда приведет его на высший трон! – Выдав эту тираду, он решил опорожнить кружку залпом.
– Да-вай, да-вай! – братья скандировали и хлопали в ладоши, пока кружка не оказалась пуста. – Йо-хо-о-у! Икэда молодец!
– Слышь, молодец, – я потянул его за рукав. – Слезай и садись, поболтаем.
Мы опорожнили кружки, налили по второй и сидели болтали о разном. Я в основном слушал, а парни делились дневными новостями. Потом играли в настольную карточную игру «интриги императора». Я быстро разобрался в правилах, но умышленно продул первым и ушел спать. Остальные засиделись за полночь.
Когда я проснулся, за окном только начинало светать. Фиолетовый горизонт частично закрывался зданием напротив и край светила было не видно. Я накануне не позаботился же ни хрена о том, в чем бегать. Нашел в шкафу что-то типа кимоно. Может, чье-то, может, мое. Да пофиг теперь! Хотя по росту и размеру самое то, значит – мое.
Тихо прошел мимо дремлющего охранника и вышел на улицу. Ни души, то что надо. Бодрящая утренняя прохлада заставила вздрогнуть, но так даже лучше. Ну что, Акиро, посмотрим, на что ты способен! Сначала легкой трусцой, затем чуть быстрее, еще быстрее. Тело сопротивляется, но с помощью дыхательных техник мне удалось выровнять пульс и дыхание.
Пробежал половину и почувствовал, что силы на пределе. Пришлось немного снизить скорость и снова применить дыхательные техники. Стало легче. Когда увидел впереди общагу, ускорился и прямо с разбегу рухнул на крыльцо без сил. Перед глазами все поплыло, но я относительно быстро отдышался и пришел в себя. Вот и отлично, на завтра два круга. А сейчас можно принять душ и полчасика поваляться. В бумажном пакете завалялся пирожок, который сейчас был очень кстати. К моменту общего подъема я даже успел задремать.
Звон колокола разбудил всех студентов, но в моей комнате проснулся только я. Остальные трое даже не шевельнулись. Две здоровых бутыли стояли на столе пустыми и у парней были причины для крепкого сна. Я только сейчас вспомнил, что сегодня ко второй паре. Пойти, что ли, еще побегать? Вчера сказали, что Гэндзи любят поспать. Я выпорхнул из-под одеяла, выбежал на улицу и нарезал несколько кругов вокруг общаги. Все болело, впрочем, после первой тренировки это нормально. Сейчас разогнал кровь по уставшим мышцам, теперь они быстрее восстановятся. Когда заходил в комнату, первые студенты начали высыпать в коридор. Со мной никто не поздоровался. Ну и ладно, я еще успею заявить о себе.
Тору уже проснулся и заправил кровать. Он удивленно уставился на мое потное лицо.
– Во как! Молодец! А я подумал, что ты просто повыпендривался вчера, а на самом деле опять забьешь на все.
– А такое уже было?
– Ты после каждого раза, как тебя побьют, обещал заняться собой. Но утром это все проходило. Ты, наверное, забыл не только как меня зовут, но и то, что ты последний лодырь. Это надо было намного раньше забыть, тогда тебе голову не отбили бы.