Вот он всегда так... Лишь приходит время поговорить о чём-то серьёзном как включается это его ребячество и сопутствующие “игры”, которые, к моему удивлению, каждый раз разные – будто он специально перед нашими встречами ищет способы поднять мне настроение...
“Будто”?...
* * *
– Жаль, нельзя поцеловать всех сразу... – приподняв одного из десятка котов, Сэнрю принялся его всячески тискать, гладить и прижимать к себе, – Только глянь, Тэцуно! Каков красавец! – показал круглолицее животное, а оно потянулось лапами к моему плечу, вцепилось коготками в робу и игриво заскочило на голову, – Ты ему понравился!
– Много их тут... – перед глазами то и дело мелькал пушистый хвост, пытаясь его убрать, я только спровоцировал котика на игру, – И зачем мы здесь? – спросил, отмахиваясь.
– Все знают, что кошки лечат даже раны на душе!
Мы находимся в особенном храме, его ещё называют Нэко-храм, куда, по вине неведомой силы, стекается множество котов. Кроме старенького настоятеля здесь живёт под три поколения четверолапых. А почему бы им, собственно, и не стекаться? Ведь вышеупомянутый настоятель души не чает в хвостатых и бывало сам может один день поголодать лишь бы его воспитанники ходили с сытыми мордами. Как мне поведал Сэнрю, раньше здесь жила всего одна кошка, но после истории с зажиточным землевладельцем храм стал их пристанищем на многие годы вперёд. Дело вот в чём: однажды богач ехал на своей лошади через лес, пока попутно собирались грозовые тучи, и тут он заметил старенький храм, у входа в который сидел кот. Животное стало совсем по человечески махать лапкой, словно “подзывая” человека внутрь. Когда господин решил спешиться и укрыться от дождя в лачуге – дерево упало, убив его кобылу.
Кошка спасала богача.
– Ясное дело, после такого приличная часть его средств ушла в этот храм и мы видим сие здание таким! – воодушевлённо закончил Сэнрю, обводя широким жестом деревянные статуи котов – История, конечно, не так интересна как местные обитатели, – и снова вцепился в ушастого.
Большинство из них лениво растянулись пузом к верху в тени размашистых крон, спасаясь от докучной летней жары, как и всё живое, впрочем; некоторые воспитанники, заметив гостей, принялись выпрашивать угощения: ластиться о ноги и задорно мяукать. Сэнрю был готов – достал коробочку с кусочками рыбы и аккуратно поделил между всеми желающими, а их, благодаря запаху, ставало всё больше. Демона оцепил пушистый строй, взывая к кормёжке, а тот только успевал отнекиваться: “Всем хватит, всем хватит!”.
Я почуял кровь.
Не человеческую. Животную.
Положив успевшего перелезть на спину кота, я двинулся в сторону запаха – за храмом он становился всё сильнее и сильнее. Ранено явно маленькое животное, крови вытекает немного. Источник терпкого аромата показался из густых кустов – одноглазый кошак тащил в зубах ворона, и, заметив меня, хищно стрельнул взглядом. Беднягу-птенца надо спасти, но хищник так просто не отдаст свою жертву и не убежит, уронив её по пути. Он пока выжидает. Пятнисто белый, с потерянным, скорее всего, в бою глазом кот держал мёртвой хваткой даже не взрослою птинцу, а скорее вывалишеговся из гнезда малыша...
– Тэцуно! Тэцуно, ты где? – Сэнрю.
Ксо...
Услышав громкий крик – пятнистый тактично скрылся в зарослях. Упустил.
Демон подошёл, держа котёнка у груди, подобно матери, кормящей ребёнка и сразу переменился в лице, принюхавшись. Несколько мгновений недоумения – итог:
– А ты у нас чуткий.
– ...
– И кого здесь убили?
– Птенца... Ранили.
– Чего ты такой понурый-то? Спасти хотел?
– Есть такое...
– Я тебе помешал?
– ... – ответ на лице.
– Нам незачем вмешиваться, – Сэнрю как-то холодно глянул на капли крови, – Та птичка – жертва.
– Она и не пожила толком...
– И что? Думаешь кто-то успевает? – лукавый смешок.
– ...
– В природе: “Кто сильнее – тот и прав”, – поймав мой недовольный взгляд, добавил: – Думаю, ты и без меня всё понимаешь.
– Понимаю.
– Давай возвращаться, – махнув рукой, Сэнрю повёл меня обратно, – Ты же не будешь обижаться?
– Да не то чтобы...
– Тебя, что ли, действительно так тот ворон тронул? – словно общаясь с маленьким ребёнком, продолжал демон, – Хм...
– Просто.. как бы сказать...
– Сентиментальный ты парниша, я знаю.
– ...
– Эх! Ладно, – и не успели мы выйти к двору храма, как Сэнрю пропал.