- Стреляй! Чего ждёшь! - выкрикнул Степан.
- Бесполезно, - Василий мотнул головой. - Они не здесь.
- Как не здесь? А где?
- Для нас этот вертолет подобен миражу, - в свою очередь популярно пояснил Вовка. - Его пассажиры в ином измерении находятся. Летят себе и в иллюминатор тайгу видят, а может, что иное. Нас они не видят.
Меж тем, вертолет бесшумно продолжил свой путь. Он медленно удалялся. Вскоре превратился в серое, маленькое пятнышко на небе, а затем и вовсе исчез.
- Бредятина! - Степан яростно сплюнул. - Как так?! У меня от всего этого скоро крышку сорвет!
- Пошли, - решительно произнес Василий, - надо напрямую к океану пробираться. Закинув автомат на плечо, он приблизился к обрыву и начал подыскивать место для спуска, без риска свернуть шею. В тот же миг все поплыло перед его глазами. Посетила мысль, что голова закружилась от высоты. Но уже через секунду он отбросил эту мысль, ощутив в ушах уже знакомую, нехорошую тяжесть. Оглянулся на Вовку.
- Где-то там, - прошептал тот, показывая пальцем в сторону взгорья.
Линия холмов вдали медленно заколыхалась, как океанская зыбь и вспучилась гигантским черным нарывом.
- Назад! Он снова напрямую идет! - крикнул Вовка и ринулся обратно в лесную чащу.
- На видное место почем зря вышли, - забормотал Степан и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, ринулся вслед за Вовкой.
Василий тоже не заставил себя долго ждать. Острая щебенка брызнула из-под его ног. Вскоре все трое с разгону вломились в густой кустарник. Издалека послышался утробный раскатистый звук, будто огромный зверь отхаркнулся. Затем загудела земля. Облака над головами качнуло из стороны в сторону, как на гигантской волне и небо раскололось чернотой.
Едва не сбив с ног, в спины ударил густой горячий порыв ветра.
- Быстрей! - крикнул Вовка. - Он прорвался!
По щекам захлестал колючий лапник.
Бежали долго, пока хватало сил. Первым сдал Степан.
- Всё! - прохрипел он, останавливаясь. - Больше не могу. Я здесь остаюсь. Вовка, отдай ружье. Бой приму. Надоело. Негоже мне на старости лет зайцем петлять от какой-то твари неземной. Давай ствол. Прикрою вас. А вы тем временем...
- Дядь Степан! Ты с ума сошел! - выдохнул Вовка, обнимая ствол дерева. - Какой бой? Он тебя даже не заметит, сразу завалит. Сомнет.
- Время теряем, - жестко заявил Василий, - Уходим!
- Тихо, - Степан поднял палец кверху, прислушиваясь.
Под ногами судорожно вздрагивала твердь. Слышался отдаленный гул.
- Он больше не путается в пространствах, - прошептал Вовка. - Он пробивает границы. Его сила нарастает, и он идет за нами след в след. Сколько бы мы не скакали по осколкам, он все равно, рано или поздно, нагонит нас.
- Я не про то, - отмахнулся Степан. - Слышите. Шумит.
Далекий гул монотонно гулял в воздухе, извещая о приближении чудовища. Но вместе с тем, сквозь порыв ветра с противоположной от врага стороны доносился иной звук. Он накатывался раскатистым рокотом.
Это прибой! - радостно вскрикнул Вовка. - Там океан!
Не сговариваясь, что было сил, все трое разом рванулись через густую чащобу. Быстрее! Еще быстрее! В лицо повеяло соленым влажным ветром. Последний рывок, и густой лес выпустил беглецов из цепких объятий на бескрайнее пространство, где до самого горизонта стелился океан. Его длинные волны размеренно накатывались на пологий песчаный берег.
Прибыли! - радостно завопил Степан и, незамедлительно выхватив из-за пояса топор, начал остервенело рубить толстую сосну. Василий не разделял его восторга. Он отчетливо понимал, что на изготовление плота потребуется немалое время. А этого времени было в обрез. Со стороны леса опять донесся гул. Берег содрогнулся.
- Он близко, - невесело произнес Вовка. - Мы не успеем.
- Степан! - крикнул Василий. - Бросай это дело! Надо уходить! Вдоль берега пойдем!
- Да ни в жисть! - откликнулся Степан. - Успеем!
- Степка! Прекрати! - Василий, подойдя поближе, попытался выхватить у того топор.
- Изыди! - огрызнулся Степан.
Он рубил со знанием дела. Опасность по всему видать придавала ему силы. Только щепки летели в стороны. Этот процесс напомнил Василию соревнование канадских лесорубов, которое он как-то видел по телевизору. Там крепкие ребята за минуту перерубали толстенное бревно. Эта сосна сдалась минуты через три. С коротким стоном она повалилась на песок и Степан начал с бешеной скоростью срубать сучья.
- Кору не будем снимать. Так поплывем, - приговаривал он, стряхивая пот со лба. Оголившийся ствол он разделил на три бревна и подскочил к следующему дереву.