Прочие члены команды Чёрного галеона были иными. Некоторые – большие и жестокие, как Лепесток, который постоянно нарывался на ссоры с более крупными и безжалостными головорезами. Некоторые – умные, вроде Рудгера, который не подпускал Лепестка к неприятностям, если уж не мог защитить его от самого себя. Но ни один из них не протянул бы и дня без банды.
Я? Мне просто нужна была Арисса. Этот год жизни вне закона стал одним из самых безопасных и комфортных за всю мою жизнь. Я ела каждый день, по два раза. Ночевала в одной и той же комнате, и, поскольку Арисса лежала на соседней койке, я могла спать спокойно. Кажется, к тому времени мне уже исполнилось четырнадцать; я по-прежнему была худой, но теперь не выглядела как ходячий скелет.
По приказу Рудгера на верхний этаж фабрики затащили ванну. Он даже сумел убедить настоящего владельца здания организовать частичную переброску воды от одного из местных акведуков. Это значило, что каждый из нас мог помыться минимум раз в неделю. У меня больше не было сыпи на груди. Иногда, проходя мимо зеркала, я даже останавливалась и рассматривала себя.
Я рассказываю всё это, чтобы вы поняли, почему, догнав наконец Ариссу, я ответила:
– Если ты в деле, то и я.
Едва ли сэр Джервас и сэр Розарита гордились бы мной. Но вот мои настоящие родители… те, которые болтались в воздухе, попав в ловушку заклинания джен-теп, и которых разорвали на части… Они бы поняли.
– Так кто же клиент? – спросила я.
Арисса продолжала свой марш по коридору.
– Скажем так: кое-кто… важный.
Загадочно, но в этом не было ничего необычного.
– А как насчёт жертвы?
– Какой-то учёный. Наверное, один из этих гитабрийских книжных червей. Убедил нашего клиента заплатить ему, чтобы он предсказал результаты некоторых весьма рискованных инвестиций.
– И предсказания не сбылись?
Арисса усмехнулась.
– Смотря для кого. Наш учёный сделал ставку против клиента и нажил состояние.
Мы вышли из коридора на так называемую «командную палубу». На самом деле это была башня, все этажи которой рухнули, образовав единую каменную яму в центре. По периметру башни тянулись галереи с узкими выступами; каждая из них была разделена на комнаты разной степени сохранности. Комната, которую делили мы с Ариссой, находилась на самом верхнем этаже. Так ей нравилось, поскольку там её никто не трогал. Много лет назад кто-то привязал к потолку верёвку длиной пятьдесят футов. Арисса затягивала конец верёвки на наш этаж и, выходя из комнаты утром, могла спуститься по ней прямо в проход у подножия башни. За год жизни на Чёрном галеоне я ни разу не осмелилась воспользоваться этой верёвкой.
– Ты уверена, что справишься с работой? – спросила она, когда мы поднялись по лестнице на уровень четвёртого этажа. Арисса зацепила нижний конец верёвки за сломанное железное кольцо, врезанное в стену за дверью нашей комнаты.
– Я видела много смертей, – ответила я. – Наверное, больше, чем ты.
Арисса вытащила из-под койки рюкзак. Видя это, я опустилась на колени и достала свой. Я им очень гордилась. Тёмно-коричневая кожа – почти такого же цвета, как моё пальто – и две лямки. Необычно, но очень удобно, когда для лазания нужно освободить обе руки. Пряжки были спрятаны под кожаными клапанами и потому не отражали свет.
Я купила рюкзак на следующий же день, когда получила долю от своего первого дела. Да, возможно, это выглядит странно – платить деньги, если можно украсть, но, оказывается, воры очень суеверны. Даже Арисса не позволила бы мне работать с ней, если б рюкзак был ворованный.
– Одно дело наблюдать, как человек умирает, и совсем другое – убить его, – сказала она, запихивая в рюкзак восемнадцатидюймовый железный ломик.
– Когда Мет-астис убил сэра Джерваса и сэра Розариту, я взяла шпагу и выследила его. Я бы его убила, если б…
Она покачала головой и ухмыльнулась, продолжая паковать рюкзак.
– Что?
– Ничего.
– Это не «ничего». Ты хихикаешь надо мной.
Арисса засунула в рюкзак набор заточенных стальных звёздочек. Она сделала их на заказ.