– Э… Да, – сказала я наконец. – Меня тоже оскорбляет.
– Хорошо. Тогда давай мы с тобой что-нибудь сделаем. – Дюррал сунул руку за пазуху и достал колоду карт. – Хотя Путь Бродячего Чертополоха редко проходит через такие скучные территории, как магия, колдовство и прочая детская чепуха, у нас, аргоси, есть несколько собственных фокусов.
– Ты хочешь опять сыграть в карты? – растерянно спросила я.
– Думаешь, это снимет с тебя проклятие?
– Нет, не думаю.
– Я тоже. – Он жестом предложил сесть поближе к нему по другую сторону костра. – Но это не простая колода.
Несмотря на опасность, исходившую от него как зловоние от трупа, я подползла ближе. Дюррал развернул передо мной карты веером. Они были меньше тех, которыми мы играли в таверне, и масти оказались другими. Не привычные всем дароменские колесницы, стрелы, клинки и требушеты. На этих картах масти назывались «проклятия», «чары», «отречения» и «оковы».
– Колода заклятий, – ответил Дюррал, прежде чем я успела задать вопрос.
– Она магическая?
– Не в том смысле, в каком ты думаешь. Видишь ли, мы, аргоси, любим путешествовать. Бродяжничество в нашей природе, и когда мы видим что-то неправильное в этом мире… да, некоторые люди назвали бы это вмешательством. В частности, джен-теп обижаются, когда мы вторгаемся в их культуру.
Обижаются! Мне снова стало смешно.
– Маги мучают и убивают своих врагов. Или делают ещё что похуже – иногда просто ради удовольствия.
Дюррал перебирал карты, не глядя на меня.
– Джен-теп не так уж и плохи – по крайней мере не все. Большинство из них просто люди, как ты и я. Они пытаются пройти по жизни, неся на себе груз истории.
Несмотря на всё произошедшее, несмотря на свои тревоги, несмотря на то, как сильно я теперь зависела от Дюррала Бурого и его путей аргоси, я выкрикивала следующие слова во всю мощь своих лёгких:
– Прекрати! Так! Говорить!
Пёс глянул на меня, вопросительно тявкнув. Дюррал по-прежнему пялился в свои карты. Я подошла и выбила колоду у него из рук.
– Джен-теп – зло! Они уничтожили мой народ! Один из них наложил на меня это проклятие, чтобы я умерла несчастной и одинокой!
Дюррал по-прежнему не смотрел на меня. Пальцы у него дрожали – он изо всех сил пытался не протянуть руки и не вцепиться мне в горло.
– Нет такой штуки, как злой человек, девочка, – сказал он, пытаясь собрать карты и выронив половину из них. – Только злые мысли и злые дела, а они бывают у всех. Ты веришь, что твоё сердце свободно от подобных вещей? Ты думаешь, я никогда прежде не встречал медеков? Не видел, как они совершают ужасные преступления во имя мести?
– Это не одно и то же!
Дюррал не отвечал, пока не поднял все упавшие карты.
– Да, – сказал он наконец. – Считай, что это не одно и то же.
Я отошла от него, обогнув огонь и вернувшись на свою сторону костра – на свою территорию.
– Если карты не магические, чем они помогут?
Дюррал вытащил одну из них, некоторое время смотрел на неё, а потом сунул обратно в колоду.
– Как я уже говорил, мы, аргоси, путешественники. Мы видим мир… или, во всяком случае, его кусочки, и, когда находим что-то любопытное, мы рисуем карту, чтобы это запомнить. Потом, при встрече, делимся картами друг с другом, чтобы знания, которые мы собираем, не терялись, когда они более всего нужны.
Он наугад вытащил карту и перекинул её мне.
– Скажи, что ты видишь.
Карта была озаглавлена «Тройка оков» и изображала птицу со связанными за спиной крыльями, опутанную железной проволокой.
– Магию железа, – ответила я. – Джен-теп иногда используют её, чтобы захватить врага в плен.
– Угу, – сказал Дюррал, но я понимала, что это ещё не всё.
Чем дольше я смотрела на карту, тем больше деталей оживало. Птица не выглядела так, как будто ей больно. Казалось… она собирается запеть. Песня будет не весёлой и не грустной, а…
– Форма клюва, – сказала я вслух. – Похоже, птица хочет просвистеть насмешливый мотивчик, словно её не связывает никакая проволока.
– И? – подбодрил Дюррал.
Я взмахнула картой.
– Это не просто описание магии, да? Карта – своего рода уловка. Способ обойти заклинание.
Дюррал бросил на меня взгляд, и впервые мне показалось, что я стала для него не просто какой-то бродяжкой, встреченной у придорожной таверны.
– Расскажи мне, в чём фокус, – сказал он.
Я посмотрела на карту в третий раз.
– Думаю, имеется в виду, что, если хочешь справиться с железными оковами, нужно сделать вид, будто они не действуют. Обмани мага и заставь его думать, что заклинание не сработало.