Когда Дюррал заговорил, его голос был полон смеха и арта валар – этого странного таланта аргоси к смелости. И я задумалась: а знаю ли вообще этого человека?
– Просто смотри на меня, – сказал он.
Глава 43. Оазис
Как найти нескольких членов Тайного Общества среди сотен джен-теп, одетых в развевающиеся мантии и облегающие платья с узорами их Домов?
Оказывается, это совсем не сложно.
– Маги, – снисходительно сказал Дюррал, – худшие в мире игроки в покер.
Их было шестеро. Шесть пар глаз в толпе родителей учеников, наблюдающие, как подростки моего возраста демонстрируют магические способности в надежде на продвижение в учёбе.
Мы стояли за каменными колоннами. Члены Тайного Общества казались мне совершенно обычными людьми. Мужчины и женщины всех возрастов, с непохожими чертами лица, с разным цветом волос и кожи. Они так отличались друг от друга, что вполне могли быть выходцами из шести разных народов. Единственное, что их объединяло – удивление и ненависть во взглядах, когда они пристально смотрели на нас с высоких трибун, обращённых к оазису.
– Где Тёмный Сокол?
Дюррал пожал плечами.
– Кто знает? Думаю, у Тайного Общества есть лохи вроде него, работающие на них на всех территориях джен-теп. Мальчик может быть в сотне миль отсюда. Кроме того, он не настоящий враг. И никогда им не был.
Дюррал помахал шестерым магам из Тайного Общества.
– Не надо, – предостерегающе сказала я. – Они взорвут нас огненными заклинаниями.
Но аргоси только усмехнулся.
– Брось, девочка. Я был заперт в клетке разума шесть недель. Дай мне немного развлечься, прежде чем мы перейдем к делу.
Он привлёк внимание одного из членов Тайного Общества – высокого широкоплечего мужчины в синей с серебром мантии. А затем сделал нечто очень глупое: смертельно оскорбил его. Объявил ему войну.
Дюррал Бурый послал магу воздушный поцелуй.
Я заметила, как под шёлковым рукавом мужчины вспыхнул блеск меди. Пальцы правой руки сложились в жест, который был мне знаком: я видела его прямо перед тем, как людей из моего клана сожгли.
Я попыталась повалить Дюррала на землю, молясь, чтобы первый взрыв нас миновал. Но Дюррал был слишком велик и едва заметил мою жалкую попытку схватить его. Он повернул ко мне голову и приподнял бровь.
– Что ты задумала, девочка?
– Пытаюсь спасти свою дурацкую жизнь!
– Очень обязан.
Тут я осознала, что мы до сих пор не загорелись. Я обернулась к трибунам и увидела, что жест мужчины не понравился окружавшим его джен-теп. С десяток мужчин и женщин тоже вскинули руки; их татуировки блестели в ярком солнечном свете.
– Это издержки жизни в городе, полном магов, – прокомментировал Дюррал. – Люди волей-неволей начинают не слишком-то ласково относиться к тем, кто раскидывается молниями и огненными стрелами.
– Ты его проверял? – спросила я. Затем указала на разъяренных джен-теп, окружавших мага. Он орал на них, пока его сообщники пробирались через толпу к нему на помощь. – Или их?
– Не его и не их. – Дюррал кивнул в сторону паланкина и сидящего в нём человека в богато изукрашенных одеждах, которые легко могли посрамить все прочие наряды. – Я проверял того парня.
Однако принц клана не обращал внимания на разрастающийся шум на трибунах. Он смотрел на нас.
– Наблюдательный, – отметил Дюррал, небрежно помахав властителю города. – Это нам пригодится чуть позже.
Принц наклонился и заговорил с одним из магов в красно-золотых одеждах, стоявших у паланкина. Затем двое из них двинулись в нашу сторону. В отличие от всех остальных, они не делали угрожающих жестов. Их руки неподвижно висели вдоль тела без следа напряжения в пальцах.
– Боевые маги, – сказал Дюррал, наблюдая, как они подходят. – Правильные ребята. Знают, что самый быстрый розыгрыш получается из самой спокойной руки.
– Аргоси, ты пойдешь с нами, – сказал тот, что пониже, когда они оказались в восьми футах от нас. Достаточно близко, чтобы их заклинания попали в цель, но слишком далеко, чтобы мы могли их перепрыгнуть.
Дюррал низко поклонился, заложив одну руку за спину. Возможно, он хотел, чтобы я заметила блеск стальных карт, которые он держал в пальцах.
– Милорды, грозные и мудрые, – сказал он без малейшего намёка на тягучий акцент пограничья, – ваше уважение – это честь, которая сияет, освещая наш путь. Мы с гордостью принимаем приглашение принца клана.