Последнее, что я успела почувствовать — оглушительный удар в висок.
И тьма.
Глава 23
Всю дорогу до управления СК я не мог выбросить из головы Ростовецкую. Её образ — эта дурацкая шапка-ушанка, растерянные глаза, в которых плескался ледяной ужас и какая-то древняя, не детская боль — преследовал меня, как навязчивая мелодия. Уже который месяц меня не покидало стойкое, въедливое ощущение: она знала намного больше, чем говорила. И это не просто профессиональная интуиция. Это было нечто глубже, что-то на уровне животного инстинкта, который кричал, что она — ключ. Связующее звено между её пропавшей сестрой, маньяком и этим проклятым делом.
Странно, но её упрямое молчание по поводу Алисы меня не раздражало. Напротив. Я ловил себя на мысли, что хочу, чтобы она рассказала мне всё сама. Добровольно. Искренне. Без протоколов, без давления, без моих привычных допросных уловок, которые я оттачивал годами. Впервые за долгое время я чувствовал себя не следователем, выуживающим показания, а… человеком. Который хочет помочь другому человеку. И который, чёрт возьми, сам только что вывернул наизнанку свою самую больную память. Что это было? Профессиональный сбой? Или что-то ещё?
Я прошёл КПП, автоматически кивнув дежурному, и направился к кабинету, мысленно продолжая бесконечный диалог с ней. И тут в кармане завибрировал телефон.
Сообщение от Глеба Ермакова. Фото номера машины: серая «Гранта» А954МГ138.
— «Анфиса села в эту тачку. Они скрылись в лесополосе. Она не отвечает на звонки. Нужна ваша помощь».
— Какого хрена?! — вырвалось из груди. Ледяная волна прошла по спине. Как он мог её отпустить? Зная, что творится?!
Я ворвался в кабинет, уже набирая её номер, сердце колотилось где-то в горле.
— Ты уже вернулся? — встретила Злата, сияя улыбкой. — Кофе?
Я лишь мотнул головой, подняв указательный палец: молчать. В трубке зазвучали длинные, бесконечные гудки. И вдруг — шуршание. Приглушённый мужской голос.
— Слушай, я тут с девушкой расстался…
Всё внутри натянулось, как струна. Я молниеносно перевёл телефон на громкую связь и резким жестом подозвал всех.
— …Накупил ей кучу подарков, а потом узнал, что она мне изменила с другом, прикинь? И теперь не знаю куда это девать. Нижнее белье в магазин не сдашь. Может тебе подойдет? У вас вроде комплекция схожая. Отдам бесплатно…
Злата и Дорофеев переглянулись с нарастающим ужасом. Матвей беззвучно выругался.
— Матвей, дуй в АйТи! Трекить номер, сейчас же! — выдохнул я, выключив микрофон, и лейтенант рванул с места.
— …А оно фирменное… какое-то «сикрет». Вы, девчонки, наверняка в этом разбираетесь, — он кивнул на заднее сиденье. — Посмотришь? Я пока отлить схожу.
Мы замерли, вцепившись в тишину из динамика. Слышно было, как шуршат пакеты.
— Нет, только не это… — прошептала Злата, не отрывая взгляда от телефона. — Она же не…
И тут раздался новый голос. Грубый, лишённый всяких притворств.
— Думаешь, я не понял, кто ты?
Глухой удар. Шуршание ткани. Ещё удар. Тупой, кошмарный звук падения тела.
Я инстинктивно рванулся к телефону, палец соскользнул — и включился микрофон. В трубке послышался наш общий, прерывистый выдох.
На том конце мгновенно наступила мёртвая тишина, а затем — резкое шуршание, будто телефон подняли.
— Удачи, майор… — прозвучал хамоватый, ледяной голос с ядовитой усмешкой.
Щелчок. Гудки.
— БЛЯТЬ! — я с силой хлопнул ладонями по столу, отчего папки дрогнули.
В голове стучало только одно: мы опоздали. Нужно было как можно дольше продержаться на связи для отслеживания!
— Краснов остаётся в управлении на связи. Все остальные — со мной! Дорофеев, собирай группу захвата, пусть едут следом!
— Есть! — капитан тут же рванул исполнять приказ.
— Думаешь, это наш клиент? — с сомнением спросила Злата, на ходу натягивая пальто. Её взгляд был острым, аналитическим. — Может, совпадение? Почему она вообще поехала с каким-то левым чуваком? Вы же были...
— Злата, заткнись, — резко оборвал я, не сбавляя шага по коридору. В ушах стоял тот самый хлёсткий удар и её последний, перепуганный вздох из динамика. Я боялся упустить его.