— Понимаю, систр. Но ты ведь сама встречаешься с парнями, которые старше тебя минимум лет на семь, разве не так? — произнесла Лиса наивным голосом, недоуменно похлопала светлыми ресницами, и игриво подпрыгнула на моих бёдрах. — Между прочим, у нас с тобой разница всего пять лет, и ты не так далеко ушла от меня по возрасту. Сколько за день с тобой знакомятся всяких мужиков в ЗПП?
— Это ни к чему не обязывающие знакомства, — со вздохом констатировала я и откинулась назад, положив голову на старый пролежанный матрас общаги. — К тому же, это моя работа. Через полтора года я закончу универ, подзаработаю денег, и мы с тобой будем снимать отдельную квартиру… подальше от матери. Ты забыла, ради чего я это делаю?
Алиса недовольно выпучила пухлую нижнюю губу и взглянула на меня из-под ресниц.
— Почему ты не хочешь, чтобы я работала вместе с тобой? Так бы мы заработали намного быстрее…
— Потому что, Лис… Я уже говорила это тысячу раз, — ответила тихим голосом, сдержав порыв закатить глаза. — У тебя ЕГЭ на носу, тебе нужно хорошо сдать экзамены и поступить на бюджет, понимаешь? Мать не будет оплачивать твою учёбу. А моя работа… она не самая приличная и безопасная…
— Зато неплохо платят! — тут же отозвалась сестра звонким голосом.
— Все, Лис, мы это уже обсуждали.
Я потянулась за ноутбуком, чтобы включить сестре очередной фильм на вечер.
— Так значит ты на меня больше не злишься, и я могу пойти с ним на свидание? — спросила она, выглянув из монитора ноутбука с радостной улыбкой.
— Скинь мне его страничку, номер телефона и номер машины, — произнесла строго, глядя в яркий монитор. — И только тогда я буду более-менее спокойна за тебя.
— Спасибо, спасибо, систр! — забренчала Алиса, оживлённо запрыгав на моих бедрах, чуть не снеся мой старенький поддержанный ноутбук, который купила для учебы за копейки.
— Что будем смотреть?
— Гарри Поттера! — тут же отозвалась она с горящими глазами.
— Опять?! — недовольно застонала я. — Мы смотрим его каждый раз. Не надоело ещё? Я уже знаю каждую реплику героев.
— Поттер не может надоесть, — обиженно сказала Лиса, отобрав ноутбук.
Я слушал и чувствовал, как по спине ползла ледяная мурашка узнавания. Не конкретики, нет. Узнавания почерка. Почерка хищника.
Её голос, то строгий и старше своих лет, то срывающийся на отчаянную нежность к сестре, затягивал меня в эту историю, в ту дешёвую комнату в общаге, где две девочки пытались построить свой хрупкий мир, спастись от какой-то другой, страшной жизни.
И когда она произнесла про подарки, про желание Алисы «вырваться из помойки», у меня в горле встал ком. Потому что я видел этих девочек. Видел наивную, восторженную Алису, верящую в сказку про принца на иномарке. И видел её — Анфису. Ту, что уже всё понимала. Которая пыталась уберечь, предостеречь, которая требовала номер машины и страничку в соцсетях.
Она пыталась её спасти. Сделать всё, что могла.
— Я смотрела из окна, как она машет мне на прощание с радостной улыбкой и садится в его машину. Как они уезжают с плохо освещенного двора общаги и пропадают, — призналась Анфиса. Она смотрела куда-то сквозь меня, будто под гипнозом, окунаясь в прошлое. — Этот момент я помню, будто он был вчера. Ее лучезарную улыбку, нюдовый карандаш на губах, нелепый вязаный шарф на шее и розовая куртка со стразами, которую я ей подарила. Будто кадр из фильма. Он повторяется в моих снах снова и снова.
В тот момент казалось, что лед под ногами вот-вот треснет. Что я окунусь в ледяную воду, а после проснусь в надоедливом отеле, устремив не мигающий взгляд в потолок. Происходящее было нереальным сном. Но осознание внезапно ударило в голову так, что сердце подскочило к горлу.
Я смотрел на неё, на эту хрупкую девушку, стоящую на льду и рассказывающую мне о самой страшной боли в своей жизни так, будто пересказывала сюжет фильма. И видел не жертву. Видел самого упрямого, самого опасного и самого одинокого следователя по этому делу. Она ждала своего часа три года.