Я молча достала телефон и прошерстила интернет на наличие свободных номеров. И мысленно возмутилась — свободные были лишь в дорогих четырёхзвёздочных гостиницах ближе к центру. Ладно, на пару ночей сойдёт. Вызывала такси и упрямо отказавшись от денег Марка.
Перед тем, как выйти из машины с чемоданом, я уже взялась за ручку двери, но его голос остановил меня:
— Анфиса… что ты сказала ему вчера?
Это было утверждением. Он знал, что я намеренно сообщила Олегу какую-то информацию, которая могла спровоцировать его.
Я обернулась. Его взгляд был пристальным, изучающим, он скользил по моему лицу в поисках малейшей зацепки, слабины, правды.
Но ответа от меня не последовало. Я лишь молча открыла дверь, вышла на холодный асфальт и захлопнула её за собой. Затем обернулась, взглянула на него сквозь запотевшее стекло автомобиля и загадочно улыбнулась — так, чтобы он запомнил это выражение лица, эту недосказанность. А потом развернулась и пошла навстречу подъехавшему такси, ощущая его взгляд на своей спине.
Этот взгляд жёг меня всего несколько секунд, но ощущение было таким острым, будто он пронизывал меня насквозь. Я не сказала ему правду. Не сказала, что вчера, когда Олег ворвался в мою квартиру, я не умоляла его и не плакала. А холодно сообщила, что убила его ребенка. Намеренно. И наблюдала, как в его глазах бешеная ярость сменилась сначала шоком, а потом — чем-то гораздо более страшным и непредсказуемым.
Эту правду я не могла сказать Марку. Пока не могла. Потому что одна тайна цеплялась за другую, и одно неверное слово могло обрушить всё.
Глава 50
Я молча проводил взглядом такси, пока его задние фары не растворились в ночном потоке машин. В голове застыла её улыбка. Та самая, загадочная, кривая, брошенная через стекло, словно вызов. Черт возьми, эта женщина точно доведет меня до санитаров в белых халатах…. Она играла в какую-то свою игру, правила которой я не знал. А самое страшное — что, похоже, в этой же игре делал ходы и Власов.
Я завёл машину и рванул с места, пытаясь загнать мысли о ней в самый дальний угол сознания. Нужно было сосредоточиться на деле. На том, что было на руках. Образцы. Лаборатория. Почему до сих пор не звонят? Я посмотрел на время. С момента передачи материала прошло уже больше пяти часов. Каждая минута тишины тянулась как резина, натягивая нервы до предела. Я представил, как результаты могут упереться в стену молчания и бюрократии, и с силой сжал руль.
Бессознательно отправился к своей гостинице. Мне нужно было хоть ненадолго оказаться в четырёх стенах, где никто не смотрит в спину. Забросить вещи, принять душ, попытаться выбросить из головы образ Анфисы и её улыбки.
Я зарулил на парковку, прошёлся до стеклянных дверей и замер на пороге, не веря своим глазам.
В стерильно-холодном свете фойе, у стойки администратора, стояла она. С тем самым чёрным чемоданом. Анфиса что-то говорила дежурной, протягивая паспорт.
Не может быть. Ледяная волна прокатилась по спине. Совпадение? Город велик, гостиниц — десятки. Выбрать именно эту, в неприметном спальном районе… Или она знала, где я живу?
Она обернулась, словно почувствовав мой взгляд. Её глаза встретились с моими, и в них отразилось искреннее удивление. И всё та же тень той самой улыбки, что сводила меня с ума в машине.
Я сделал шаг вперёд, и фойе наполнилось гулким звуком моих шагов по мраморному полу. Вопросы, которые я собирался задать, стояли в горле комом. Но первый из них вырвался сам собой, тихий и холодный:
— Ростовецкая. Это что, шпионаж? — мой голос прозвучал тише и суше, чем я того хотел.
Анфиса обернулась, и на её лице я увидел неподдельное, абсолютно чистое удивление, которое сложно подделать.
— Марк? Ты… ты здесь живешь? — она растерянно оглядела фойе, будто видела его впервые. — Ближе к работе всё занято или цены заоблачные. Это чистая случайность.
Случайность. Я не верил в случайности. Особенно когда дело касалось её. Но её реакция была слишком естественной. В этот момент девушка-администратор, сиявшая от возможности поучаствовать в драме, весело вмешалась:
— О, какая встреча! Марк Александрович, ваш знакомый? Может, вам дать номер на одном этаже? Рядом с вашим как раз свободен! Или, если хотите поспокойнее, — она бросила взгляд на экран, — есть отличный одноместный на этаж выше. Последний.