Капитан Смирнов прочистил горло, бегло поправив серебристую оправу очков.
— Местные транспортные компании сотрудничают со следствием, хоть и не охотно. Директора предоставляют анкетные данные всех сотрудников, так же графики рейсов, отпуска, больничные, маршруты и так далее. Но есть проблема с одной компанией.
Я направил хмурый взгляд на капитана из Петербурга.
— В чем дело?
— Директор «Транс-Сибирь» оказался весьма категоричен в этом вопросе, — осторожно сообщил Андрей, глядя мне в глаза. — Он наотрез отказывается предоставлять какие-либо данные о сотрудниках. Говорит мы получим все только через ордер.
— В чем проблема? Объясните ему, что ордер в этом случае не требуется, — устало произнес я.
— Вам легко говорить, товарищ майор, — вдруг оживился Дорофеев со свойственной ему ухмылкой на устах. Мы уже не обращались друг к другу по званиям, но иногда Сергей делал это намеренно, чтобы подчеркнуть мой статус. — Мы с Матвеем так… местные. А вы важняк, первый отдел главного управления СК по Москве… Вас он бы еще послушал, а вот нас чуть ли не на хер послал.
— Все наши попытки доказать ему, что ордер на это не требуется, жестко пресекались, — отозвался Краснов, подтвердив слова капитана.
— Хрен с ним, оставьте его мне, — с раздражением отмахнулся я, нахмурившись. — Сам съезжу к нему в понедельник.
— Я могу проехать с вами, Марк Александрович, — с приторной улыбкой произнесла Золотарева. — Надоело сидеть в оперативной комнате третью неделю подряд. А так будет хоть какое-то движение.
Я бросил в ее сторону отстраненный взгляд, неопределенно покачал головой, дав понять, что мне было решительно наплевать поеду я один или со Златой. А после вернулся к ребятам:
— Так, что там по поводу камер на трассах и придорожных кафе?
— Вот тут самое интересное… — с интригой начал капитан Дорофеев, приподняв брови. — На большинстве камер присутствуют фуры с символикой компании «Транс-Сибирь». И именно в районах, где были оставлены тела жертв. Я уверен, если мы пробьем номера остальных фур, то узнаем, что и некоторые из них принадлежат «Транс-Сибири». Это одна из крупных транспортных компаний всего СФО.
— Думаете, этому директору есть что скрывать? — предположил я.
— Ну, об этом говорить еще рано. Этот мужик явно чего-то боится, — предположил Сергей, закусив нижнюю губу. — Возможно, это не касается нашего дела, но он явно не чист перед законом. Все остальные директора компаний хоть и были напряжены и несколько растеряны, но все же пошли на контакт и предоставили нужную информацию.
Я устало потер лоб. Несколько глотков тошнотворного кофе не подействовали, отчего клонило в сон каждый раз, когда я облокачивался на спинку комфортабельного кресла.
— Значит так, получим данные сотрудников этой компании и будем сверять приблизительное время убийств с рейсами каждого дальнобойщика. Нас интересуют только те, кто ездил с октября по начало апреля в нескольких километрах от мест, где были найдены жертвы. Пробьем дальнобоев, которые чаще всего попадались на камеры или же были в рейсах в тот период, и вызовем их на допрос, — твердо заявил я, оглядев всех присутствующих. Взгляд остановился на профайлере, которая начинала откровенно скучать на подобных собраниях. — Злата Анатольевна, мы все с нетерпением ждем ваш вердикт о профиле убийцы.
Я надменно улыбнулся, откинулся на спинку кресла и сложил руки на уровне солнечного сплетения, направив испытующий взгляд в сторону девушки. Она не растерялась, деловито прочистила горло, выпрямила спину, выгнув пышный бюст вперед, и улыбнулась привычной уверенной улыбкой.