Я сразу догадался, девушка не спроста уточнила свой вид деятельности. Она могла обойтись лишь простым объяснением о криминальной психологии, но решила изучить реакцию мужчины. Власов же в тот момент прочистил горло, откашлялся и быстрым шагом встал за свой стол прямо напротив нас. Ему срочно понадобилось соблюсти дистанцию между сотрудниками СК.
— А, вы пришли по поводу того маньяка… — неожиданно потеплевшим голосом сказал он, растерянно переставив шариковую ручку из одного отсека органайзера в другой. — Значит это не просто слухи. Простите… я просто очень переживаю за жену. Она у меня такая беззащитная, молодая и просто красавица… настоящая мишень для всяких психопатов. Ей и так приходится долгое время оставаться одной, а тут еще и маньяк какой-то разгуливает. Вы еще не поймали этого урода?
Он с надеждой поднял на меня взгляд.
— Мы работаем над этим. И вы очень нам поможете, если предоставите всю информацию о своих сотрудниках, включая графики рейсов и номера фур, на которых они выезжали в период с октября по март. Как вам удобно, можно на внешний носитель, можно в печатном виде.
— Ах, да… конечно. Я все предоставлю, — Власов тут же сел за компьютер и принялся орудовать мышью. — Вы простите, что выгнал тогда ваших ребят. Они не рассказали толком ничего... Так бы я сразу предоставил. Понимаете, у меня много конкурентов, и липовые сотрудники полиции заходили ко мне «погостить» уже раза два. С тех пор я не доверяю никому, — он вновь поднял на меня взгляд и криво улыбнулся. — А вы, сразу видно, человек серьезный, из Москвы абы кого посылать в наше захолустье не будут.
Золотарева расплылась в самодовольной улыбке с укором покачав головой, и принялась расхаживать по кабинету. Власов протянул руку, и я передал ему пустую флешку Краснова. Копирование файлов заняло не больше трех минут. Когда операция была выполнена успешно, Олег протянул руку для рукопожатия.
— Рад знать, что этого психопата скоро поймают, и мы все сможем спокойно выдохнуть, — произнес Власов, крепко сцепив мою ладонь. — Спасибо за вашу работу.
Я неловко кивнул, удивленный такой резкой перемене настроения.
— Олег, там из бухгалтерии… — позади неожиданно раздался мужской голос. — О, у нас гости…
Мужчина чуть помладше Власова растерянно застыл в дверном проеме, как только распахнул дверь кабинета.
— Глеб, это сотрудники следственного комитета, — спокойно отозвался Олег, словно говорил о своих старых знакомых.
Глеб быстро заморгал и мельком поправил синий галстук. Мне даже показалось, что он побледнел.
— Что-то случилось? У нас проблемы? — с растерянной улыбкой спросил парень лет тридцати. А после опомнился и первый подал мне руку для рукопожатия. — Э-э-э… Доброе утро. Глеб, замдиректора и по совместительству юрист.
— Старший следователь Одинцов, — представился я, вежливо кивнул и ответил на рукопожатие. — Моя напарница Злата Анатольевна.
Глаза Глеба тут же метнулись в сторону Золотаревой и вспыхнули едва уловимым огоньком, как только встретились с внушительным декольте профайлера.
— Все в порядке, Глеб, расслабься, — усмехнулся Власов, подавив неловкий смешок. — Мы всего лишь помогли следственному комитету в раскрытии дела.
— Спасибо за сотрудничество со следствием. Всего доброго, Олег Вячеславович, — произнес я, и кивнул в сторону опрокинутой фотографии голубоглазой блондинки на столе. — И жену свою берегите.
— Обязательно, товарищ следователь, — отозвался он с натянутой улыбкой.
— Че это было?! — раздался недоуменный тихий голос замдиректора из глубины кабинета.
Мы вышли из здания, и я с тоской обнаружил — начался дождь. Самая ненавистная его вариация — мелкий, покрапывающий, который так и шепчет «выйди без зонта, меня не так уж и много». А, проведя на улице пять минут, промокаешь едва ли не до нитки. Благо машину я припарковал в нескольких шагах от входа. Едва мы плюхнулись на сидения, Злата тут же достала из сумочки пудреницу и принялась наспех поправлять макияж.
— Не говори, что я одна это заметила, — пробубнила она и кончиком мизинца дотронулась до уголка губ.
— Что именно? — невзначай спросил я, не придав большого значения ее вопросу. А затем пристегнул ремень безопасности и завел двигатель.
Золотарева испустила нетерпеливый вздох, оторвалась на мгновение от пудры и взглянула на меня как типичный подросток на надоедливого родителя.