Официанты там были исключительно девушки, из мужского пола были лишь два бармена в зале и несколько поваров в кухне. Девушки носили красные бабочки на шее, черные платья с расклешенной юбкой длиной выше колен с длинными или короткими рукавами в зависимости от времени года. Маленькое черное платье выгодно подчеркивало талию официанток, а неглубокий вырез с ноткой интриги демонстрировал бюст каждой из них. Повара носили черные поварские кители и фартуки с красными колпаками. Два бармена всегда были одеты в обычные темные слаксы, в идеально отглаженные красные рубашки с черной бабочкой на шее и такого же цвета подтяжками на плечах, служащими дополнительным аксессуаром.
Ржевская, как истинный директор, не изменяла стилю заведения. Для работы у нее всегда были припасены красные лакированные туфли на шпильке, однотонная черная юбка-карандаш, чуть прикрывавшая колени, или прямые полуклассические брюки, и черный приталенный пиджак с красным нагрудным платком в верхнем кармане. Андрей же, будучи владельцем, так не заморачивался и несколько раз месяц посещал ресто-бар в обычном одеянии. Впрочем, это было не первое заведение в городе, которым он владел, поэтому было бы глупо рассчитывать, что он будет соблюдать дресс-код.
Во времена студенчества мы с подругой работали там до самого утра. Через полгода, благодаря более близкому знакомству с владельцем, Кристину повысили до администратора. А спустя пару лет она стала полноценным директором, и вот уже год и дня не представляет без ресторана.
Как только мы устроились туда, заведение носило имя «Звездная пыль» — заезженное и не особо привлекательное название. Все иркутяне сокращенно называли его «ЗП». А после случая, когда какой-то левый мужик на весь город обвинил ресторан в том, что хостес заразила его букетом Венеры, в народе ресто-бар прозвали «ЗППП», «ЗПП» сокращенно, а особо ленивые называли его просто «Три п». Народное прозвище настолько прижилось среди местных, что, когда посетители вызывали такси, долгое время не могли объяснить операторам, где же они находились.
Находчивая Кристина, как только приняла бразды правления, тут же воспользовалась тем черным пиаром. У нее родился слоган, который превратился в красную вывеску из гибкого неона над барной стойкой: «твоеместо для комфортного отдыха под надежной защитой».
И вот уже третий год ресто-бар носил гордое название «Дорогая, буду поздно», вводившее в тупик всех неместных операторов такси. Посещали его, в основном, состоятельные мужчины города. Редко, когда там можно было встретить компании отдыхающих девушек после восьми вечера.
А все потому, что это заведение было единственным в Иркутске, в котором работали консуматорши или, как их называли в самом ресто-баре — хостес. Девушки, которые, грубо говоря, своим присутствием, увеличивали чек посетителя, имея с него заранее оговоренный процент. Они создавали атмосферу в заведении, заговаривали клиента так, чтобы он расслабился и как можно дольше оставался в баре, чтобы та прекрасная леди от него не уходила. Мужчины, в свою очередь, наслаждались простым общением с привлекательной девицей, заказывали ей напитки и дорогостоящие блюда. Главная валюта общения — алкогольные и безалкогольные напитки. Один коктейль или бокал был равен пятнадцати или двадцати минутам общения. При этом, главным условием такой работы было не напиваться. Девушка заранее договаривалась с барменом, чтобы тот разбавлял ей алкогольные напитки или зачастую добавлял пару капель алкоголя для запаха.
Хостес ловко подстраивались под посетителя, улавливали его настроение, типаж, характер и непринужденно общались. Под каждого мужчину нужно было находить индивидуальный подход: кто-то желал поговорить по душам, поплакаться в жилетку, пожаловаться на жену, кому-то нужно было, чтобы его просто выслушали после тяжелого рабочего дня, а кто-то хотел обсудить острые насущные темы на злобу дня. Впрочем, никаких рамок для обсуждений не было. Главное, чтобы мужчину устраивала тема для разговора, а о чем он будет говорить: о своей истеричной жене или завале на работе, это уже дело последнее.
Еще одним немало важным правилом для хостес был полный запрет на более близкие или интимные общения с кастом — гостем или заказчиком в пределах заведения. Мужчина заранее был предупрежден, что продолжать отношения с консуматоршей вне заведения было строго запрещено. И здесь уже срабатывала мужская природа: провести несколько часов с привлекательной девушкой, которую хочется, но нельзя, распушить перед ней перья и поговорить, о чем душе угодно — то еще развлечение.