Злата еще долго упрекала меня, что я не позвал ее на допрос Ростовецкой. Мол, она бы точно определила причастна ли жена Власова к его деятельности, скрывает ли мужа, знает ли где он находится… Да и в целом профайлеру было любопытно взглянуть на супругу потенциального маньяка. Но я никак не мог предугадать, что Ростовецкая в тот же день добровольно вызовется на допрос.
***
— Что мы имеем после обыска? — спросил я, заключив руки в замок.
— ДНК подозреваемого, которое не дало никаких совпадений в базе преступников, — со скучающим видом ответил Дорофеев, откинувшись на спинку стула.
— И много брускового мыла?! — с недоумением отозвался Матвей, скривив лицо так, будто только что съел лимон.
— Либо Власов, либо его жена любят чистоту, — спокойно заключил капитан Смирнов. — В этом нет ничего удивительного. Я слышал, что есть такие люди, которые просто в восторге от мыла и чуть ли не каждый день покупают по пачке.
— Да, но одно дело, когда ты скупаешь мыло ручной работы, необычной формы и в красивой упаковке. А другое, когда ты тоннами скупаешь обычное брусковое мыло в супермаркетах дешевого и среднего сегмента, — размышлял я, разглядывая ребят. А после сделал многозначительную паузу. — Не знаю почему, но мне кажется, что это может как-то относиться к делу…
— Да ну, брось, — отмахнулся Дорофеев, расслабленно откинувшись на спинку стула. — Это просто мыло. Обычное брусковое мыло.
Злата долгое время молчала с мрачным задумчивым видом, стоя возле окна. А спустя время неожиданно заговорила:
— Марк прав. В ванной мы увидели целых шесть мыльниц: три на умывальнике и три в душевой кабине. На кухонной мойке точно также были три мыльницы. На кой черт нужно открывать столько мыла? Те десятки пачек мыла скупал не Власов, а его жена. И вовсе не потому, что ей нравилось их скупать. Она на подсознательном уровне хотела отмыться от чего-то. Возможно, покупка мыла переросла в привычку, и когда она смотрела на эту гору, мысленно успокаивалась. Но лишь на время, пока вновь не случалось что-то, что провоцировало ее отмываться, — Золотарева сделала паузу, резко нахмурившись. А после ошарашила всех вопросом. — Ты не проверял, сталкивалась ли она с насилием в детстве?
— Ты сейчас серьезно?! — удивленно произнес Дорофеев, усмехнувшись.
— Абсолютно, — невозмутимо подтвердила девушка.
— В чем связь между насилием в детстве и маниакальной покупкой мыла в осознанном возрасте? — недоуменно спросил я, нахмурившись. — Другое дело, если бы она по каким-то причинам продолжала жить со своим насильником…
— Ростовецкая вполне может быть жертвой домашнего насилия, а Власов кухонным боксером, абьюзером… да как угодно, — продолжила упорно гнуть свою линию профайлер.
— Да бред! Ты хоть сама понимаешь о чем говоришь? — усмехнулся Матвей. — Анфиса стопроцентный типаж арийского маньяка. Был бы Власов им, она бы уже давно стала очередной его жертвой.
— Хватит, — громко произнес я, остановив бесполезный диалог коллег. — Нам абсолютно наплевать на личную жизнь Ростовецкой и Власова. Давайте еще узнаем кто они по гороскопу и обсудим совместимые ли у них знаки…
***
Как только представители управления СК по Иркутской области объявили СМИ о том, что создана специальная группа по поимке местного маньяка, расследование сдвинулось с мертвой точки. Общественность была ошарашена объявлением, многие обрушили гнев на Ростовецкую. В конце концов, она поменяла номер и… пропала. Но мы настолько были заняты обращениями, которые ежедневно поступали в управление, что не сразу заметили пропажу Ростовецкой. Пропала — это громко сказано. Скорее, перестала выходить на связь, а новый номер никому не сообщала. Первые недели две после нашего последнего телефонного разговора, мы не искали ее специально, потому как попросту не находили время. Но как только я распорядился вызвать ее на очередной допрос, возникли сложности. Дорофеев потратил пару дней, чтобы отследить ее местоположение, в том числе и через друзей Ростовецкой.