— Теоретически может, — вклинился в разговор капитан Смирнов. — Мы его не задержали и местонахождение его неизвестно.
— Согласен, это может быть он, — вдруг задумчиво произнес Дорофеев, почесав затылок. — Но каким идиотом надо быть, чтобы, находясь в розыске, снова пойти на убийство…
Профайлер ухмыльнулась, подошла к общему столу справа от меня и уверенно оперлась об него руками. В нос ударил приторный цветочный аромат, исходящий от ее волос.
— Сереж, он псих. Он не может не убивать. Этот человек не думает о последствиях. Он идет на поводу у фантазий. И чем дольше он не будет убивать, тем чаще будет думать о новом убийстве. Эти мысли будут сводить его с ума изо дня в день.
— Мы можем лишь предполагать, что новое убийство — дело рук Власова, — наконец заговорил Краснов, все это время молча наблюдавший за докладами коллег. — Но у нас нет ни одного вещдока. Мы опять пролетаем как фанера над Парижем.
Я откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы в замок.
— Хорошо, твои аргументы засчитаны. Но как тебе такая версия… — проговорил я с той же интригой в голосе, чем привлек внимание профайлера. — Власову теперь трудно знакомиться с будущими жертвами, так как его лицо всем узнаваемо. Возможно, он отрастил усы или бороду, надел парик или бейсболку, и теперь отслеживает понравившихся девушек в социальных сетях. Но не знакомится с ними. В случае с Анной также следил за ее соцсетями. Кстати говоря, я уже нашел ее страничку перед началом доклада. Там она делилась студенческими буднями, отмечала геолокацию университета и общежития. В день вечеринки, она выложила фото с бокалом вина в руках, где стоит в окружении нескольких девушек. Там же отметила геолокацию небольшого поселка под Иркутском. Ребята веселились до утра, пускали петарды и салюты, которые запечатлели на камеры и выложили в сеть. Власов, долгое время наблюдавший за Анной, понял это как призыв к действию. К тому же, это его первая жертва за этот год. Он изголодался и не мог больше ждать. По геолокации и по фотографиям соседних домов он узнал, где именно проходила вечеринка, и приехал на место. Далее, зная в какой одежде его жертва, он терпеливо дождался, когда она отправится домой. Дождался момента, когда она не в самом трезвом виде дойдет до конца улицы и подъехал к ней, сказав, что направляется в город. Из-за опьянения инстинкты у Анны притупились, и она без задней мысли села в машину к убийце. Далее он изнасиловал ее в машине, задушил, забрал документы и повез по привычке в сторону трасс с лесополосой. Власов зол и на грани безумия. Напряжение в его теле накопилось с удвоенной силой из-за розыска и невозможности убивать по-тихому как раньше. Поэтому он с особой жестокостью насилует жертву после смерти. Об этом свидетельствуют сильные гематомы от его рук на талии и бедрах погибшей. Далее на пути из Иркутска преступник уловил мелькающие сигналки ГИБДД. Когда мы утром поехали осматривать труп, экипаж ГИБДД все еще дежурил на том же участке трассы. Он испугался и бросил жертву вдоль трассы. Так как на этой трассе нет лесополосы, которая бы скрывала его деяния, он побоялся заканчивать дело и не пустил жертве кровь. Либо же как только он хотел начать это делать, его кто-то отвлек или окликнул.
— Версия неплохая, но не сходится с нижним бельем, — задумалась Злата, вскинув на меня вопросительный взгляд. — Судмедэксперт упомянул, что оно абсолютно новое с этикеткой. Но при этом, судя по отсутствию интимной стрижки, девушка не была готова к сексу в ту ночь. Значит свидания у нее не намечалось.
— Это может говорить о том, то убийца принес с собой новое нижнее белье и одел на жертву, забыв убрать этикетку, — предположил Смирнов. Я кивнул и поджал губы, согласившись с коллегой. — У арийского маньяка фетиш на кружевное белье.
— Девушке нет смысла покупать нижнее белье и носить его с этикеткой, — продолжил я, взглянув в сторону Златы. — По закону оно не принадлежит возврату. Матвей, узнай у Александра Степановича этикетка какого магазина на белье, и постарайся узнать кто покупал этот комплект.
Лейтенант молча кивнул, а после задал вопрос:
— Мы даже не будем проверять версию, что убийцей мог быть кто-то из однокурсников жертвы?
— Мы обязаны ее проверить. Поэтому этим займется Дорофеев и Смирнов, — произнес я строго, взглянув на стопку отчетов слева от меня. — Злата, ты составь портрет убийцы Анны. Может найдешь что-то новое. Плюс ко всему перечитай свои записи про старых жертв, которых объединили в серию. Нам нужно еще раз проанализировать все совпадения и различия с новым делом. Отчеты как обычно каждое утро мне на стол.