- Это бывшие соратники отца? – Ки оглянулась на мастеров. – Отец рассказывал о них. Они помогут нам?
- Разумеется, - Пенгфей с готовностью выступил вперёд.
– Наконец-то настала пора разделаться с Ченгом и его обезглавленной сворой! – решительно добавила Ланфен.
- И исправить последнюю, я надеюсь, ошибку Дая, - усмехнулась Ксия. – Не бойся, Ки, теперь мы вместе, - кроме Ченглея, мастера, предавшего нас. Но нас уже ничто не сможет остановить!
- А где Ченглей сейчас? – поинтересовалась Ки.
Дай ответил за Ксию:
- В хижине Почтенной.
- С моим отцом? А если он…
- Не волнуйся, Ки, мы связали его так, что у него уже кисти и ступни давно почернели и сгнили. Нечего жалеть подобных уродов!
- Да, ты, наверное, прав, - вздохнула девушка. – Но я всё ещё беспокоюсь за отца. Как мы выберемся отсюда? Боюсь, что повреждённый твоим драконом дворец вот-вот рухнет на нас.
- Он не мой дракон, - улыбнулся Дай. – Лунг принадлежит Китаю.
- А ты принадлежишь мне, - рассмеялась Ксия и поцеловала его. Дай в долгу не остался.
Сверху послышался грохот, и, волоча длинное тело, в подземелье вернулся дракон. Он словно подслушал их разговор.
- Ну вот, а ты беспокоилась, как нам выбраться, - игриво подмигнул возлюбленной Дай.
Не прошло и минуты, как в небо вновь взмыл золотой дракон с мастерами на спине, и, извиваясь, помчался на окраину деревни.
Проклиная огонь, крестьян и всё, что так или иначе раздражало его, обгоревший Ченг брёл прочь. Он был единственным, кто уцелел в драконьем пламени. Тело нестерпимо жгло и болело. Ещё немного – и он свалится наземь в предсмертной агонии. Ченг бы так и поступил, но ещё одно дело оставалось незавершённым. Сегодня один из его шпионов в деревне рассказал командиру о странной старухе, живущей в лесной хижине. Старуха эта будто бы подрабатывает кузнецом. Учитывая, что весь металл в деревне, буквально каждая сковорода, под контролем Клана, а слово «кузнец» под строжайшим табу, Ченга более чем заинтересовала такая информация. Не та ли это безногая старуха, которая упоминалась в исторических свитках как заклятый враг Клана? Проклятый дракон сжёг самых лучших его воинов, но позабыл про остальных. Их-то Ченг и взял с собой, приказав отыскать хижину, а его везти в санях, обложив свежевыпавшим снегом.
Снега действительно выпало много – осень, наконец, уступила место зиме, и та не поскупилась. К тому же, начиналась метель, и сани, запряжённые ломовыми лошадьми, двигались тяжело – путь предстоял в гору.
Ченг был уверен, что Бо больше нет – он видел и слышал, как мэрия разваливалась по кусочкам. Вместе с остатками верных Клану воинов он намеревался затеряться в горах, что простирались далеко на север. Только так, срезав путь, можно было быстрее добраться до родных ему мест, откуда когда-то и начались завоевательные походы Бо и его братии. Лошади, правда, не выживут там, но он хотя бы может их съесть и согреться внутри ещё тёплых туш, а ожоги… С ожогами сложнее. Но Ченг не привык отступать. Если нужно, он прикажет убивать себе на обед по солдату, а если и погибнет в горах, то непременно с чувством выполненного долга, изрядно отомстив деревеньке и этой треклятой Долине.
Хижину Почтенной они нашли не сразу, но когда скромное строение показалось впереди, Ченг, поддерживаемый верными людьми, соскочил с саней и побрёл, утопая в снегу, навстречу последней жертве. Пламя дракона сожгло все волосы на его голове, включая и длинные усы, которыми Ченг очень гордился. Теперь же этот лысый, обгорелый полутруп вознамерился нанести последний удар разорённым, измученным людям. Он ожидал увидеть только ту старуху, однако нашёл ещё кое-кого.
Когда Ксия с мастерами отправлялись во дворец за Даем, мастера Минжа уговорили остаться. Почтенная, стараясь утешить его, сварила ещё немного целебного питья. Минж едва притронулся к миске и ничего не ел, хотя старушка и корила его за это. Поэтому у мастера недостало сил сопротивляться, когда люди Ченга схватили его.
- Тебя я возьму с собой! – радовался он. – А старуху прикончу! Нечего было народ баламутить! Из-за тебя наш Клан потерял всё!
В его дрожащих, обугленных руках возник меч вождя. Бо отдал ему своё любимое оружие, посылая на бойню, и теперь окровавленный клинок опускался на голову Безногого Кузнеца…
Рванувшись из рук солдат, мастер Минж закричал, но Почтенная не шевельнулась, с непокорством во взгляде наблюдая за палачом. И Ченг на миг испугался, словно взгляд этот мог проклясть его. Но в следующее мгновенье голова старушки покатилась по полу, а из горла Ченга вырвался звук, похожий на хохот.
- Свяжите его, а лучше лишите сознания, чтобы не рыпался, - приказал он. – Распрягите коней и взнуздайте их. Сани оставим здесь.
Солдаты потащили стонущего от ужаса мастера прочь, а Ченг тем временем заметил связанного Ченглея.
- Какая встреча! – прохрипел он. – Небось этот пацан тебя оприходовал так? А я говорил повелителю, не будет толку от этого бойца! Ну что ж, дожидайся смерти, Ченглей. Об твою поганую башку я меч вождя марать не собираюсь. Знаешь, предателей никто не любит.
Пошатываясь и прихрамывая, он вышел наружу, оставив Ченглея на потеху непогоде в распахнутой настежь хижине. Связанный глядел сквозь дверной проём в пелену метели и трясся – то ли от холода, то ли от дикого страха перед живым трупом, вонь от ожогов которого не смогла выветрить даже ворвавшаяся в хижину метель.
========== Глава 10. Возмездие злу ==========
Ещё на подлёте к деревне Дай почуял нехорошее. Дракон мчался быстро, но они с Ки и мастерами успели разглядеть тут и там разбросанные трупы.
- Ну всё, теперь уж Ченгу точно не жить! - вскричала, к удивлению остальных, разъярённая Ки. – Если он хотя бы пальцем дотронулся и до отца…
Поднявшаяся метель не мешала золотому дракону, и спустя минуту он приземлился у хижины. Едва мастера скатились с его спины в снег, исполин поднялся в небо и исчез.
Ки опрометью бросилась внутрь, едва увидев, что дверь была нараспашку. Дай и мастера кинулись следом, но девушка уже бежала обратно.
- Его нет! – выпалила она. – Моего отца здесь нет! И Почтенная… - Она бросилась к Даю на грудь и расплакалась. – Её… обезглавили…
- Что?
Дай и остальные вошли в хижину. Тело старушки лежало в крови, неподалёку была и голова. Вдруг из соседней комнаты послышался кашель.
- Кто здесь? – произнёс затем пленный мастер.
Ки тут же бросилась к связанному Ченглею и схватила его за грудки.
- Говори, мерзавец, где мой отец?
Оставаясь невозмутимым, предатель хмыкнул:
- Думаешь, я ещё когда-нибудь свяжусь с этим Бо, Ченгом или ещё кем-то из Клана? Да пошли они! Этот урод даже не освободил меня – просто забрал Минжа, и смылся. Ни на чью сторону я больше не встану! Надоело мне воевать, не получая за это даже словесного поощрения!
- Кто? Кто именно здесь побывал? – вмешался Дай, опустившись рядом. – Только не думай, что будешь прощён.
Ченглей склонил голову.
- Я понимаю.
Ксия, Ланфен и Пенгфей с жалостью взирали на бывшего товарища.
- Ну? – рыкнул Дай. – Я жду!
- Ченг. Это он убил старуху и похитил мастера Минжа. Приказал распрячь коней и с парой соратников ускакал в горы.
Сильный удар по лицу заставил Ченглея захлебнуться собственной кровью. Все молчали, в то время как парень, поднявшись, оглядывал хижину.
- Дай, что ты ищешь? – жалобно спросила Ки.
- Я знаю, как именно догнать Ченга, - пробурчал тот. – Но для этого мне нужен… Отлично, я знал это!
Под недоумённые взгляды мастеров парень бросился к лежанке Почтенной, и, порывшись в тряпках, вытащил оттуда кожаные ножны.
- Она обещала выковать мне меч прежде всего остального оружия для крестьян, - пояснил он. – Всё же кое-какие запасы металла у неё оставались. Вот он, - Дай медленно вынул клинок.
- Этот меч прекрасен, - сказала Ксия, – но… он не поможет тебе догнать лошадей. Да ещё и по глубокому снегу в горах. Прости, Ки, - обернулась она к убитой горем девушке, - но Дай, кажется, не понимает, что злодей улизнул у нас из-под носа.