В самом заведении слышались громкие голоса и раскатистый смех, что создавало ощущение большого скопления людей.
На самом деле в то утро постоялый двор вмещал в себя немного приезжих. Громкие голоса принадлежали хозяевам коней, то есть нам, — мы рассчитывались за ночлег, собираясь покинуть это место. Наш хохот перемешивался с повизгиванием служанок, что вносило определенное оживление в сонное утро.
Но старый слуга утверждал позже, что мимо трактира прошел человек одетый в дорогое черное платье. Лицо его скрывал низко накинутый капюшон плаща, из-под кромки одежды выпирало оружие. Он быстро пересек двор и задержался возле лошадей.
Все произошло очень быстро, но можно было поклясться, что ловкая рука в перчатке вытащила что-то из-под пояса и сунула в пасть одной из лошадей. В то же самое время в дверях трактира показался Задира и успел заметить неладное. Зычным голосом он закричал:
— Эй, вы! Незнакомец! Что делаете возле наших коней? Что подсовываете им?
— Я не делаю ничего плохого! Что вы выдумываете! — вспылил подозрительный человек. — Я хотел полюбоваться на великолепного скакуна. В этом нет ничего предосудительного.
— Не надо лгать, я отлично видел, как вы дали моей лошади какой-то корм.
— Я угостил ее кусочком сахара, — возразил мужчина.
— Сдается мне, вы — проходимец, — прорычал Задира.
— Как ты смеешь оскорблять меня…
На шум из трактира выскочили еще несколько человек. Все обещало маленькую драку. Но вдруг, к всеобщему удивлению, незнакомец сделал что-то такое, после чего исчез.
— Да где же он! — закричал раздосадованный Задира, — я только что говорил с ним.
— И я! И я видел! — закричали люди.
— Демон!! Он демон!
— Но что он давал нашим лошадям?
— Может, и впрямь сахар, — предположил я.
— Ага, — сказал Задира, — с чего вдруг.
Но лошади стояли, как ни в чем не бывало, и были готовы преодолению просторов.
— Так мы едем?
— Что же еще остается делать? — проворчал Задира.
— Ну, так поехали.
Но вдруг случилось нечто странное — наши лошади полетели. Возможно, это была галлюцинация, но я видел целые миры расстилавшиеся внизу, под нами. Задира мне что-то кричал, но я не мог разобрать ни слова. Ветер уносил его крики прочь. Приземлились на утесе. Мы осторожно спешились и осмотрелись — вокруг лежали убитые люди. С десяток покойников. Было заметно, что бой закончился совсем недавно. Меч, торчавший в одном теле, привлек мое внимание.
— Что тут произошло? — шепотом от ужаса спросил Задира.
— Не знаю. Но я вижу знакомую вещь. Ты узнаешь его?
— Твой меч?
Да, это был он! Меч торчал в груди одного человека, с темно-фиолетовой бородой и некрасивым пятном во всю щеку.
— Как он сюда попал? И как мы с тобой выберемся отсюда?
Я выдернул знакомый нам меч и осмотрел его — все тот же старый кусок железа. Но им убили сильного человека, судя по виду, опытного воина. Значит, им можно драться. Конечно, и вилами можно убить, но…новая встреча с мечом удивила меня. К тому же это было так далеко от того места, где я его оставил.
— Как мы выберемся отсюда? — пыхтел Задира, морща лоб и почесывая ха ухом.
— Эй, лошадки, вы не отнесете нас обратно к Думбанару?
Но наши лошади мирно пощипывали травку, и мне показалось, что моя лошадь как-то хитро на меня посмотрела.
— Что ж поедем своим ходом. Все равно нам некуда ехать.
Итак, настырный меч снова в моих руках.
— Что будем делать?
— Прицепи его к седлу. Авось пригодится, — старый кусок железа!
Я уже думал, что дух ответит ему: "Сам ты старый", — но он молчал. Может, мне все почудилось прежде и меч самый обычный кусок железа?
Я поступил, как посоветовал Задира. И мы поехали дальше. Но на первом же привале у нас начались неприятности. Дух проснулся и заговорил:
— Что, лопоухие? Куда едем? Заветы отцов выполнять или так — шляться бесцельно, как олени безрогие?
— Эй, ты! Полегче! Кто тебя научил так на воинов ругаться? Твой прежний хозяин?
— Это вы-то воины? Посмотрите — как вы опустились! Да, знавал я воинов — вы им не чета! Вы их жалкое подобие, бездельники и пустые люди. Без цели и идеи.
— А зачем нам цель? Мы просто живые люди и хотим жить, — возразил Задира.
— Да! Вот в мое время — рыцари сражались за прекрасных дам! Проливали кровь с именем милой на устах.