-Часто, разумные существа сами не понимают, что для них лучше. Своими ограниченными умами вы не способны осознать благость тех изменений, которые мы вам даем. Даже немного обидно…, но знаешь, мне нравится эта борьба. Впервые в жизни, а я имею сейчас в виду не свою личную жизнь, а жизнь моего вида, я ощутил наслаждение от борьбы, впервые я смог встретить соперников, способных противопоставить хоть что-то. Наши общие потомки станут украшением моего вида.
-Так мы еще и не первые? Вы паразитируете на всем разумном? Я ненавижу и тебя, и всех вас, хотя тебе все это, наверное, безразлично. – Злате надоел уже этот разговор и эта тема, бессмысленно отодвигать неизбежное.
-Я просто хотел, чтобы ты увидела меня и оценила мою верность своим словам. Я нашел тебя… и некоторым образом даже выручил из плена.
-По сравнению с тем, что ты можешь предложить мне взамен, это заточение просто рай.
-Неблагодарная. Почему же вы не понимаете? Это ведь логично, что с нами вам будет лучше, мы дадим вам шанс выжить на этой планете. Ведь сами вы этого сделать не смогли бы. Мы принесли вам спасение. Как это можно не понимать?
-Значит нам для понимания недостаточно одной логики, есть что-то еще…
-Это не имеет значения. Странно только, что, читая в вашем мозге как в открытой книге, мы все равно не можем понять ваших мотивов. Не важно.
-Значит важно, раз ты говоришь со мной об этом. Если бы не было важно, ты вообще не стал бы со мной вот так разговаривать. Не станешь же ты уверять, что в тебе проснулась дешевая сентиментальность?
-Ты меня провоцируешь? Тогда считай, что ты своего добилась. Жду, не дождусь, когда появится наш малыш. Я буду о нем хорошо заботиться, он станет самым ярым борцом за новую жизнь. Обещаю.
-Ах ты, свинья! – Злата попыталась даже в сердцах замахнуться на чудовище, но мозг накрыло липкой парализующей волной. Она успела отвести взгляд, но в этот раз это не помогло. Их было слишком много, и их силы были едины.
Глаза Златы превратились в бессмысленные голубые озера, вернее сказать, бессмысленными они не были, но мысли в них были какими-то нечеловеческими. Странно, но отличить человека под воздействием в большинстве случаев было просто, что-то в поведении зомби казалось странным, что-то на уровне подсознания говорило о несоответствии поведения зомбированного человека норме.
Наваждение закончилось так же быстро, как началось, все пришло в норму. Злата успокоилась, и агрессия сама собой растворилась, даже осадка не осталось, даже воспоминания…, женщина почувствовала приятную расслабленность и энергичность одновременно. Хорошее сочетание, особенно после нескольких недель проведенных взаперти под постоянной угрозой смерти. Даже Петр стал выглядеть менее зловеще, да нет же, он стал милым добряком! В глазах отца ее ребенка была самая настоящая дружеская поддержка. Вот так перемена! Злата чувствовала, что, сама того не желая, поддается этой искренности и сочувствию… и ей это приятно.
Такой защищенности Злата не ощущала уже почти десять месяцев, с тех пор как умер их вожак в селении на кладбище. Наконец-то ее мытарства закончились, а впереди замаячило совершенно ясное будущее. Хорошее, славное будущее. Ну какому здравомыслящему человеку будет не по душе увеличение человеческой силы и славы. А какие возможности в перспективе?! Ребенок Златы станет одним из славных первооткрывателей. Как все-таки хорошо, что ребенок не успел родиться в заключении. Теперь они совершенно свободны и счастливы. И как ей только могло прийти в голову, что люди способны принять ее малыша? Слава богу, теперь она среди друзей.
Злата блаженно улыбнулась и начала оглядываться вокруг. Все окружающее предстало перед ней в новом, более ясном свете. Петр такой славный улыбающийся и красивый, он невольно притягивал взгляды всех проходящих мимо женщин. Злата знала, чувствовала, что в этот момент Петр принадлежит только ей, что только она сейчас занимает все его мысли и чувства, и от этого ее захлестнуло непомерное чувство гордости и самолюбования. Она ни в коем случае не желала быть единоличной хозяйкой его сердца…, такой эгоизм был бы слишком циничен и расточителен для выживания вида. Но мимолетное осознание своей значимости согрело душу.
Петр больше не разговаривал, зачем? Все было ясно без слов. Он внимательно смотрел на самодовольную и счастливую женщину, которая сегодня родит ему первого потомка, жителя этого мира и его последователя. Злата, не прекращая улыбаться, смотрела на проходящих мимо людей. Почти все они были женщинами. Они выглядели такими радостными и целеустремленными, что невольно становилось завидно. Инки сумели дать человеку не только новые возможности, но и новые цели, новый смысл жизни. Кому как не Злате лучше знать, как важно человеку иметь смысл в жизни?! Она все смотрела и смотрела в эти счастливые лица и радовалась, что находится среди этих людей.
Теплое чувство нежности разлилось по жилам женщины, Петр ответил на это чувство мысленным поощрением. Окружающие радостно кивали и мысленно поздравляли молодых людей, стоящих посреди улицы и явно выпадающих из общего потока снующих деловых людей и инков. Все двигались по своим делам важно и сосредоточенно, никто не бездельничал, даже если выполняемая ими работа на самом деле была бессмысленной…, все понимали, что это временно. Скоро у всех у них будет настоящая, важная работа, ведь главная битва еще впереди.
Наконец-то и Злата почувствовала, что не может больше бессмысленно стоять тут и блаженно таращиться на прохожих. Она еще раз влюблено взглянула на красавца Петра и начала ритмично, но не слишком быстро передвигать ногами. Она двинулась в сторону госпиталя. У нее появилось много дел, важных и серьезных. Сегодня ей предстоит произвести на свет малыша. Она так долго ждала этого, прошла столько испытаний и трудностей. Ребенок радостно забился внутри, подтверждая ее намерения, одобряя их. Злата заметила, что хорошо чувствует настроение малыша, а через секунду поняла, что может даже понимать о чем он думает. Самое настоящее чудо! От такой неожиданной радости женщина даже остановилась на месте, прислушалась к ощущениям. Ребенок по настоящему разговаривал с ней, и мысли его были совсем не детскими. Петр уже успел наградить своего первенца нужной информацией. Теперь ребенка не смогут сбить с толку ничтожные людишки! А она-то думала, что такое возможно только после рождения. Злата больше не боялась, не переживала, она знала, что все будет хорошо.
Ее внезапная остановка создала небольшую пробку на дороге. За спиной остановились несколько женщин, которые словно во сне, ничего не понимая, начали озираться по сторонам. На их лицах через секунду расплылись извиняющиеся улыбки, и они поспешили по своим делам, аккуратно обходя неожиданное препятствие. Ситуация немного позабавила Злату и даже насторожила, вызывая где-то в глубине памяти неясные тревожные ассоциации и воспоминания. Но все это быстро прошло и Злата, напевая себе под нос приятную мелодию, двинулась к намеченной цели.
В госпитале ее уже ждали. Казалось, в этом новом осмысленном и важном мире все знали что делать, где и когда. Как удобно! Все были так любезны и добры, так внимательны и заботливы, что Злата начала счастливо плакать от нахлынувших чувств. Никто и никогда в ее жизни не был к ней так внимателен, и она смогла по достоинству оценить это отношение. И как только она могла раньше мириться с тем миром, в котором жила? Как она только могла помыслить, что среди людей ей будет лучше и, тем более что будет лучше ее малышу? Ребенок опять проявлял немыслимую активность, как физическую, так и мысленную.
Временами ей стало казаться, что мыслит не она, а ребенок, словно их мысли перемешались, а мозг стал единым целым… Ничего, это быстро пройдет, как только малыш отделится от матери. Злата поймала себя на мысли, что как бы ни была замечательна такая близость с ребенком, ей, тем не менее, хочется иметь и свой собственный закрытый уголок сознания, куда не будет вмешиваться даже сын. Уж слишком грубыми и навязчивыми были его поползновения. Как будто Злата была лишь оболочкой для младенца, лишь телом для его амбициозного не по возрасту развитого ума. Ничего-ничего, совсем скоро они станут двумя разными людьми и смогут любить друг друга..., или не смогут?