***
-Боже мой, неужели вы додумались без моего разрешения послать человека в город? С неопробованным оборудованием? – Хасид Петрович был так бледен, словно в тканях лица не осталось ни единой капли крови. Он закрывал рот большущей, полной ладонью, потом медленно отводил руку в сторону, делал несколько коротких резких вдохов и вновь затыкал ладонью рот. Словно боялся, что вместе с выдохом изо рта вылетит что-то поважнее слов, например…, его жизнь. Непросто в преклонном возрасте спокойно переносить такие передряги.
-Зачем же так волноваться, Хасид Петрович, ведь результат еще неизвестен…? - София, словно пытаясь создать максимальный контраст со своим шефом, была очень красной. Румянец лихорадочно пылал не только на щеках, но и на лбу, шее, руках. Она совершенно четко осознавала, что пошла на непростительный, даже в некотором смысле преступный риск, поддавшись на жалостливые излияния Гены. Но теперь-то уж точно ничего изменить было нельзя! Только ждать. – Дорогой вы мой, поберегите себя…, я готова отвечать по всей строгости.
-Я пригрел змею на груди…, вы просто отвратительны, София, я никогда вам не прощу этого проступка. Как вам вообще могло прийти в голову рискнуть судьбой всего проекта, и человечества заодно, ради невнятной мелодраматической сказочки этого ненормального увальня? – Хасид Петрович стал обращаться к коллеге на вы, как только доверие к ней было полностью утрачено. И этот факт больше всего задевал молодую женщину.
Хасид Петрович растерялся, растерялся настолько, что не понимал, что ему сейчас необходимо делать. Как подстраховаться на случай провала непредвиденного эксперимента? Ведь последствия грозили стать настоящей катастрофой. В последние месяцы свалилось столько проблем, что голова и без этой безумной выходки Софии буквально шла кругом. В первый раз в жизни он оказался в ситуации, когда не знал, что предпринять и в голове не было ни одной мало-мальски стоящей идеи. Поэтому он со всей свирепостью, на которую был только способен, набросился на источник своего непривычного состояния, то есть на Софию.
-Ну, в конце концов, нам, так или иначе, пришлось бы испытывать мобильные экраны в городе. Я всего лишь немного ускорила процесс… - София попыталась ослабить давление со стороны шефа и немного разрядить обстановку. Не тут то было.
Мрачный взгляд из-под бровей профессора не предвещал быстрого окончания разговора. Женщина с мольбой посмотрела на непроницаемое лицо Карлоса. Тот стоял, опираясь плечом на стеллаж с дисками, руки сложены на груди, взгляд ошарашенный и испуганный. Хорошо хоть, на лице не было извечного скептического выражения «Я же тебя предупреждал!».
-Хотелось бы мне отправить тебя подальше от моего проекта… и прямо сейчас! Возможно, я об этом и пожалею позже, но такое беспечное и несерьезное отношение не в моих правилах. Даже не знаю что делать… - Старик выглядел жалко, только что он потерял самого верного сотрудника и друга. Кому тогда можно доверять вообще?
-Попытайтесь же меня понять, хотя бы частично. Я ведь не хотела ничего плохого! Вы же знаете Гену? Ну, кто его не знает? Разве можно было ему не помочь? Подумайте, если бы он обратился непосредственно к вам, так ли уж стопроцентно вы ему отказали? Или вас больше беспокоит беспардонное нарушение субординации?
-Не говорите чепухи. При чем здесь субординация? А не был ли ваш проступок умышленным? Я всерьез подозреваю, не связаны ли вы или Геннадий с инками? Может, вы работаете по их указке? – Профессору стало совсем худо, и он вынужден был присесть на стул, пока не пришлось упасть прямо на пол. Эта догадка ошеломила его даже больше чем остальных присутствующих. От этой мысли стало не только плохо, но и страшно, ведь предположение могло оказаться не таким уж далеким от истины.
После этих слов стало совсем тихо, только из-за приоткрытой чьей-то небрежной рукой двери доносились неясный шум и голоса. Люди трудились непокладая рук. Но для обитателей кабинета сейчас все это было маловажным. Шокированная София не могла поверить услышанному, не могла осознать, что говорят о ней. Кажется, она на самом деле сильно поторопилась с решением помочь Гене. Она совсем не ожидала такого серьезного резонанса. Риск, конечно, присутствовал, но где же его нет…, пожалуй, даже в колонизации Юрико его больше. Может быть, Хасид Петрович просто слишком устал, вот и сорвался? Не может же он на самом деле подозревать ее в таком?
София еще раз с мольбой посмотрела на Карлоса. Тот, в конце концов, осознал, что это вовсе не рядовая взбучка шефа и что София действительно оказалась в очень затруднительном положении. Женщину срочно нужно было выручать! Карлос медленно, словно во сне оторвался от стеллажа и двинулся в сторону женщины. Сложившаяся ситуация и у него не укладывалась в голове.
-Вы ведь это не всерьез? – София сказала это тихим шепотом, но в тишине профессор хорошо расслышал вопрос.
-Вовсе нет, милочка. Ни один здравомыслящий человек не додумался бы до такого, а я до сегодняшнего момента считал вас весьма разумной женщиной. Я не хочу верить в это, но согласитесь, такая возможность существует. Для чего, по-вашему, мы здесь заперлись на Сомате, выставили охрану и экраны? – Профессор жестко посмотрел Софии в глаза. - А вы отправили двоих из нас туда, с непроверенным оборудованием. Теперь мы будем обязаны проверить их по полной программе и изолировать. Вы сами знаете, что точной диагностики у нас до сих пор нет. На что вы обрекли людей? Я вас спрашиваю? Вы об этом подумали?
-Нужно было спешить. Помощь человеку нужна была срочно. Немедленно. Кем бы мы были, если бы отказались помочь другу? Кажется, мы претендуем называться человеческими существами? Мы не имеем права относиться ко всем ситуациям одинаково, как роботы, как инки… - Настроение Софии стремительно менялось от расстройства и испуга до гнева. Как он посмел такое о ней подумать, так с ней разговаривать, обвинять в таких чудовищных вещах? Конечно, она была неправа, но все равно не заслужила такого отношения за один глупый проступок. – Да я бы перестала себя уважать, если бы не попыталась выручить Гену теми способами, которые в тот момент были мне доступны. Разве вы не понимаете, что если бы я не добыла ему этот проклятый портативный экран, он бы все равно пошел в город? И тогда он бы точно не вернулся. Способны ли вы так просто выбросить талантливого работника из своей жизни? А теперь еще скажите-ка мне, если бы вы оказались на моем месте, как бы вы поступили? Уверена, что так же. Впрочем, и я на вашем месте вела бы себя примерно так же как вы и наверняка не разрешила бы эту операцию. У нас разное положение и разная ответственность, но это не означает, что мы не способны понять мотивы друг друга.
Хасид Петрович опустил руку от лица и немигающим взглядом уставился на женщину. Кому скажите на милость, теперь он сможет доверять, если самые преданные люди умудряются подвести? Глаза профессора совсем потускнели, из открытого рта вырывалось хриплое болезненное дыхание. Тем не менее, гнев Софии немного охладил его собственный и профессор начал постепенно остывать и успокаиваться. Кризис миновал. На лицо вернулись живые краски. Профессор с самого начала понимал, что перегибает палку, но не в состоянии был остановиться. Оставалось только надеяться, что отношения с Софией и Карлосом не были испорчены слишком сильно и надолго.
-Согласен, что в твоих словах есть некоторая логика, но она слишком ничтожна по сравнению с той опасностью, которой ты нас подвергаешь, девочка. Может быть, я немного и погорячился…, но ты на самом деле это заслужила.
-Я ведь и не спорю с этим! Для этого я и пришла, чтобы выслушать разумные обвинения. Но, похоже, попала под горячую руку. Может, у вас что-то случилось помимо нашей с Геной выходки?