-Ничего не понимаю. Молодой человек, не морочьте мне голову, разве вы не видите, что происходит? – Карбовски сделал небольшую паузу, закрыл глаза и попытался успокоиться. Тяжелое прерывистое дыхание и нездоровая краснота на лице постепенно исчезали, уступая место спокойной сосредоточенности. – Ладно, давай, что там у тебя? Только быстро, сам видишь…
-Быстро не выйдет. Нужно все по порядку. Я сегодня болтал с Наденькой и Фредом, ну я часто с ними провожу свободное время. Так вот, Надя сказала, что в Сомат всеми правдами и неправдами пытается пробраться шпион, ну вроде он выглядит как шпион, но на самом деле не шпион. Понимаете?
-Нет. Не понимаю, и мое терпение подходит к концу. Раньше ты выглядел более сообразительным…
-Просто я очень волнуюсь, сейчас вы сами поймете, в чем тут дело. Этот шпион – мальчик, которого мы спасли тогда в Пленши, помните? Вместе со мной, помните?
-Что-то припоминаю, он еще навешал тебе кучу лапши по поводу преимуществ инка перед ущербным во всех отношениях человеком.
-Ну да, тот самый. Между прочим, он тогда не убил меня, хотя мог и даже должен был. Надя говорит, что его нужно впустить, он пришел что-то нам сообщить. Что-то очень плохое.
-Ультиматум? Угрозу? Зачем это инкам?
-В том-то и дело, что он вроде как по своей воле пришел. Надя говорит, что информация чрезвычайно важная…
-Надя говорит, Надя говорит… - Передразнил Карбовски, которому начал надоедать этот беспредметный, на его взгляд, разговор. – Чего же она тогда не скажет, что это за информация?
-Для этого ей нужно выйти за пределы Сомата или парню пройти на нашу территорию, вы что, забыли об экранах? Надя может улавливать только общий смысл. К тому же мозг этого СС номер такой-то, так его кажется, зовут, блокирован. Вроде как инки произвели всеобщую блокаду, чтобы даже намек на эту информацию не просочился.
-Что-то новенькое! И зачем им это нужно? Люди что, уже научились читать мысли?
-Да нет же, просто они боятся предательства.
-Ты сам понимаешь, какую чушь тут городишь и меня отвлекаешь? Все мне некогда. Они боятся предателей? Каких таких предателей, если у них почти что единое сознание?
-Ну, значит, появились у них проблемные детишки, непредсказуемые.
-Этого просто не может быть, по определению, понимаешь?
-Какой же вы все-таки консерватор! Не ожидал. Ну не знаю я, с чего это они так перестраховываются, но ведь этот СС здесь?! По меньшей мере, мы должны понять, что ему нужно. Конечно, со всеми мерами предосторожности.
-Я не понимаю, почему вы подняли такой ажиотаж вокруг этого события?
-Что-то происходит, профессор, что-то готовиться против Сомата. Вдруг у нас совсем нет времени?
Карбовски внимательнее присмотрелся к мальчишке и был вынужден признать резонность его объяснений.
-Хорошо. Переправь мальчика в изолятор и позови сюда Сильву, я поручу эту работу ей. – Карбовски отмахнулся от Роланда, который не давал ему возможности сосредоточиться и подумать. Нужно было срочно сообразить, как поступить с требованиями Пола…, с одной стороны эти требования выглядели вполне логично и невинно, с другой, они выглядели подозрительно на фоне исчезновения Сафида и Виктории. А тут еще эпидемия на Юрико. Можно ли полностью доверять донесениям Пола? Что станет с Соматом, если путь на Юрико окажется закрытым?
-Вы невыносимо упрямы! Поверьте, это слишком важно, чтобы терять драгоценные минуты.
-К чему такая спешка? Сам видел, что спешить некуда... – Профессор кивком головы указал на темный экран.
-Доктор, пообещайте мне, что никому не скажите о донесении с Юрико, пока не станет ясно, что нам угрожает со стороны инков. – Роланд пытливо вглядывался в лицо профессора, совершенно ясно отдавая себе отчет, что слишком далеко зашел в своих ультиматумах. Время покажет, был ли он прав.
-Это что еще за заявления? Наглый мальчишка! Тебе не кажется, что ты спутал свою роль с моей? Я сам буду решать… - У Карбовски вновь начались проблемы с дыханием, а голос стал высоким и громким от негодования.
Своей наглостью Роланд добился, чтобы профессор отвлекся от своих размышлений и все свое внимание переключил на зарвавшегося подростка.
-Да ладно, не расстраивайтесь, я и так знаю, что это останется в секрете…, иначе вы не позволили бы мне выключить монитор. – На лице Роланда расцвела счастливая улыбка, глаза лукаво блеснули. Кажется, подобные словесные баталии пришлись подростку по вкусу.
Не успел Карбовски ответить на выпад и задать шалуну трепку, как тот уже растворился в толпе. Побежал разбираться с инком. Карбовски, наконец-то, был предоставлен сам себе и мог спокойно обдумать ситуацию, вот только теперь у него не было ни малейшего желания это делать.
***
-А я вам говорю, что его здесь не было… - Стен уверенно кивал головой и хмуро поглядывал на оборванного малыша. В свете единственного фонарика лицо мальчика выглядело очень бледным. – Я самолично привязывал этого мальчишку…
Вдруг Стен замолчал и воровато глянул по сторонам. Ему пришло в голову, что он ведет себя совершенно глупо. Он сам придумал слезливую историю о внезапном бегстве Сафида и печальной смерти людей в щупальцах деревьев. Разве так он должен встречать воскресшего из мертвых ребенка? Люди и так с большим недоверием отнеслись к той интерпретации событий, которую им предоставил Пол. Тут надо действовать совсем по другому. С одной стороны нужно не дать мальчишке возможности раскрыть рот, а с другой, показать искреннюю радость от его внезапного возвращения.
-Как тебя зовут? Какой славный малыш! Сейчас найдем твоих родителей! – Стен бросился к мальчику и схватил его на руки. Легкое тельце, сжатое изо всех сил, повисло на руках Стена как тряпичная кукла. Дошка не мог произнести ни звука, ему казалось, что он не может даже дышать. Сдавленная жесткими объятьями грудь не пропускала в легкие воздух.
Выключив фонарь, Стен смог беспрепятственно зажать Дошке рот. В темноте было трудно передвигаться по лагерю, но это было не так важно, в сравнении с возможностью оставаться невидимым. Стен непрерывно благодарил судьбу за то, что увидел мальчишку прежде, чем тот успел что-то сделать или сказать. Пару раз, споткнувшись о веревки, связывающие людей друг с другом, Стен добрался до единственной палатки в лагере. До палатки Пола, их нового командира. Только там Стен вновь включил фонарь и толкнул Дошку к сидящему возле небольшого костра Полу.
-Что это? С какой стати ты притащил ко мне этого пацана? – Пол выглядел недовольным и хмурым. У него было гораздо больше проблем с этими людьми, чем он предполагал, устраивая мятеж. Да и разговор с Землей пошел совсем не так, как ему было нужно.
-Это непростой ребенок, Пол…, совсем непростой. Я сам связывал его руки, там, на кладбище. Не хочешь узнать, как он оказался здесь?
В первый момент Пол не понял о чем речь и на что, с таким пафосом, намекает Стен, но потом на лице новоявленного «Наполеона» появились явные признаки испуга. Теперь Пол предполагал самое худшее - что все оставленные умирать люди остались целы и невредимы. Пол отказывался верить в вероятность такого поворота.
Напряженно вглядываясь в бледное лицо Дошки, Пол пытался понять, что могло заставить мальчика прийти сюда. Если предположить, что Сафид и Вика спаслись, то зачем тогда мальчик оказался здесь и каким образом нашел их лагерь? Или его используют как шпиона? Тогда дела Пола плохи. Что же делать? Как поступить с ребенком? Возможно ли, еще раз заставить этих неуправляемых упрямых людей отправиться в путь? Как не позволить Сафиду настичь их?
-Кто-нибудь знает, что мальчишка здесь? – Пол успел взять себя в руки и начал лихорадочно просчитывать в голове варианты действий.
-Пара человек видели, как он бродил среди детей, но они не поняли кто он и откуда…, я в этом уверен. Почти все в лагере спят. Возможно, кто-то и слышал наш с мальчиком разговор, но не придал этому значения. Ты же знаешь, у них одни мысли – еда и отдых. Зачем, вообще, мы взяли столько людей?