Видя мертвые тела демонов, Алан до недавнего времени мирился с тем, что при появлении монстров его отправляют прочь. Но чем ближе было его поступление в младшую академию, тем он все больше и больше хотел быть самостоятельным и сильным. До открытого противостояния дело не доходило, но сейчас, услышав мой вопрос, Алан нахмурился. Немного подумав, грустно вздохнул и покачал головой.
— Маме не буду, но она должна понимать, что не может вечно опекать меня.
— Мне казалось, это делает госпожа Зара, — усмехнулся я. Кинув продавцу монетку, подхватил с подставки два сахарных кренделя и один протянул мальчику. Перехватив угощение, Алан довольно улыбнулся и пояснил.
— Бабушки и должны быть такими.
— Мамы, между прочим, тоже.
— А отцы?
— Ты конкретно о своем?
— Вдруг он будет опекать меня еще хуже?
— Хуже, чем я или ЛиХан? — Алан засмеялся, зная, что именно мы устраивали ему побеги из-под опеки госпожи Зары. — Твой отец — великий воин. Думаю, он многому сможет научить тебя, включая атакующие заклинания. Ты же теперь знаешь, самостоятельно их лучше не тренировать.
— А в академии нас этому будут учить?
— Разумеется. Эта академия одна из лучших, у вас будут наставниками бывалые воины, которых отбирали сами Де Калиары за их ум и смекалку. Они смогут многому тебя научить.
— Больше чем ты?
— Больше.
— А отец?
— Тут решать тебе. Я слышал твой разговор с госпожой Зарой и согласен с ней.
— Ты о печати?
— Да. Отдавая тебя в род семьи отца, Алиранты не отказываются от тебя. Помни об этом. Проклятье крови Де Калиаров обязывает пребывать в доме отца до пятнадцати лет и перенимать его силу и наставления. Именно потому они создали младшую Академию и воспитывают детей рядом с собой. Но говорить Леону Де Калиару, что ты его сын, необязательно.
— Думаешь, он не узнает маму?
— Речь не об этом. Пока твоя печать стоит, твой отец не поймет кто ты, не осознает вашу связь. Потому может решить, что ты ребенок от другого мужчины. Но речь о другом. Твой отец не откажется от тебя, если правда откроется, потому решение, с кем тебе остаться, все же оставляют за тобой. Твоя мама не снимет печать без твоего разрешения.
— А мама с папой разве не останутся вместе? Разве мы не станем семьей?
— Я не знаю, но слышал, что госпожа вроде бы как без разрешения связала свою судьбу с твоим отцом, и если Леон Де Калиар узнает об этом, возможно, он сам захочет порвать эту связь с ней. Но он, в любом случае, не откажется от тебя. Кстати, вот и лавка, будешь смотреть пояс для госпожи?
— Да.
Детей отвлечь от разговоров легко. Тем более выбором подарка для мамы. Госпожа носила особый пояс, крепя к нему все, что могло срочно понадобиться. Помимо кинжала, несколько мешочков с травами, пару бутылочек с огнетворцем и мелочовку вроде кошелька, ключей и перчаток. Простые пояса для такого не подходили, и Алан с увлечением расспрашивал торговца, что у него есть, и подробно объяснял, что хочет он.
Люди по-разному реагировали на наследника. Кто-то слушая его речь, поражался его образованности и начинал говорить обо всём. Кто-то же видел в нем только дитя и по началу отмахивался. Приходилось на пару минут задержать на таких свой темный взгляд, и люди становились более внимательными к мальчику, и ребенок оставался доволен общением.
После лавки мы зашли в кузню. Надо было к поясу прикрепить несколько металлических колец для креплений. Кузнец уже был знаком с Аланом и был рад его появлению, считая, что ребенок благословляет его огонь и тот горит дольше и ярче. Чуть отступив, не стал мешать их общению и осмотрелся по сторонам. Народу было много, а вот темных сполохов мало. Даже не знал, радоваться этому или огорчаться. На хорошие новости вроде "меченых вещей стало мало" надежды не было, а значит, среди торговцев могли быть те, кто целенаправленно заряжал предметы, но скрывал их, дабы не отняли и не уничтожили.
Громкие истошные крики стали слышны не сразу. Они шли по нарастающей и прекращаться точно не собирались. Люди, слыша их, нервно оборачивались и пытались понять, что происходит. Предупредив Алана, что отойду, начал быстро идти сквозь толпу. Позволив своей силе чуть проступить на коже, я стал тем объектом, с которым не многие хотели бы столкнуться. Не встречая препятствий, я довольно быстро вышел к храму Света. Громко захлопнулась тяжелая дверь, оставляя на ступеньках перед входом мужчину, прижимающего к себе безвольное тело девочки.
— Вы обещали помочь ей! — истошно вопил он. — Помогите! Она же умирает!