— Да.
— Ты можешь исцелить Олесию?
— Возможно. Для этого мне надо увидеть королеву, но…
— Но?
— Если король забыл о мире, который клялся защищать, я не смогу помочь. Даже если исцелю королеву.
— Но почему?
— Проклятье Тьмы. Наследники Белого Волка издавна служили защитниками этих земель. Если они поставят свои интересы выше, чем подаренный им мир, род наследия прервется. Он должен был прерваться еще на отце Ариана, но наследник уже родился к тому времени, как дети ворона ступили на наши земли. Мальчика окружили служители тьмы, и только вмешательство герцогов остановило его саморазрушение.
— Ариан много думал о своих землях. Он хотел обезопасить людей, дать им спокойную и счастливую жизнь.
— Я знаю, помню твои воспоминания, как вы переживали об отравленных скверной или меченых вещах. Но скажи, кто сейчас заботится о людях? Кто сейчас помогает преодолевать им жизненные тягости? Почему королевский двор разделился, и какие цели стал преследовать?
— Получается, ты будешь решать, останется ли Ариан королем?
— Нет. Я буду решать достоин ли он встречи со своим предком.
— Белым Волком?
— Да. Если Ариан не достоин, если темные чувства будут преобладать в его сердце, то он иссушит силы Белого Волка, и тот погибнет.
— А если нет?
— Он наполнит сердце предка силой, и снега отступят обратно к землям вечного холода.
— И ты это сможешь понять при личной встрече?
— Да, поможешь мне с ним уводиться?
— Я подумаю.
— Что? Лео, не будь врединой!
— Мне не хочется узнать, что род Белого Волка прервется.
— Не переживай. Я ведь собираюсь снять проклятье не только со своей семьи, но и королевской.
— Подаришь Ариану возможность стать отцом?
— Не мне это решать. Мы все люди со своими страхами и тревогами. Все будет зависеть от короля, когда проклятье спадет.
Я не стал продолжать этот разговор. Вспоминал, как регент заявлял, что дети Литэи могут стать наследниками. Род Алирантов поистине был королевским, не вступая в интриги и раздел власти, продолжал помогать людям и заботился о землях Белого Волка. Ариан же погряз в дворцовых играх. Вместо открытого, целеустремленного человека за десять лет превратился в алчного, черствого игрока. С одной стороны любящего свою жену и в то же время унижающего ее в присутствии других. Смотря правде в глаза, только его любовь к Олесии давала веру, что он все еще прежний, стремящийся к справедливости король. Но Литэя окончательно поставит точку в его идеалах. Как и я в своих. Ведь именно сейчас я окончательно понял, кому буду служить и кого защищать.
Глава 13
Винз Де Вайлет
Прошло столько лет, но я узнал его. Мой сын. Ной. Такой высокий, крепкий, красивый. Серые глаза излучали силу и внутренний свет, какой был у его матушки в молодости и проскальзывал у Литэи, когда она играла с ним.
Оказавшись на борту корабля, я испугался, что меня подобрали тёмные. Ведь точно помнил, что рядом никого не было. Трещина барьера сияла, наполняя мир очень чистой, трепетной энергией. Люди на палубе не прятались от этой силы, а вот флот темных отступил.
Меня согрели, одели и накормили. Узнав, что мы плывем домой, я не сдерживал слез. Они капали на кристалл, наполняя его светом и подтверждая, что души Алирантов все еще в нем и ждут своего часа выйти на свободу. Главное найти Литэю или Сирению. Добраться до Алирантов, и они помогут…
— Ты ведь прочитал историю создания барьера полностью? — Ной неожиданно встал рядом со мной. Судорожно сглотнув, кивнул. Мне хотелось попросить у него прощения, покаяться, но строгий взгляд сына остановил, замораживая своей силой. — Это хорошо. Ты расскажешь эту историю королю.
— Да, хорошо. Литэя…
— Я отведу тебя к месту, где ты сможешь её увидеть. Но не раньше, чем ты поговоришь с королем, — сын отвечал быстро, словно точно знал, что меня интересует, и не хотел давать повода для долгих разговоров.
— Хорошо. Алиранты…
— Да, Литэя вошла в свой истинный род. В отличие от меня…
— Прости…
В голосе сына сквозило разочарование. Он не хотел быть Де Вайлетом, и я прекрасно понимал его чувства. Кто хочет быть связан с таким монстром, как я?
Но все же… Он до сих пор не отказался от фамилии и сегодня спас меня. Обещал отвести к Литэе.
Клянусь, мой мальчик, я сделаю всё, что ты мне скажешь, как только твои брат и сестра будут спасены.
К нам подошёл генерал, окинул меня странным задумчивым взглядом и, кивнув Ною, предупредил: