Давать причину являться ко мне в башню совету старейшин я не хотел. Старших потом не выставить будет. Потому рассказал о приглашении Литэе. Она отнеслась к предстоящей встрече довольно спокойно. Как глава рода понимала такую неизбежность при знакомстве с моей семьей. Попросила передать благодарность матери за приготовленное платье, особенно осознав, какой урон я «причинил» ее одежде. Так же мы решили перед советом проведать Рагнара и Нолана. Литэя хотела убедиться, что проклятье полностью ушло из их тел.
Возражать я не стал, так как сам хотел выяснить у брата, чем закончился допрос. Уверен, Рагнар уже знает результаты. Быстро съев поздний завтрак, первым делом перенеслись в комнаты племянника, загодя отправив брату предупреждение о скором визите. Племянника мы застали за бурным рассказом своему учителю грамматики и риторики о его ночном подвиге. Увидев Литэю, Нолан попросил разрешения вернуться в Академию. Ему не терпелось пообщаться с Аланом, как со своим братом. Но, осмотрев его, Литэя оставила мальчика в кровати до вечера. Она явно сделала это специально, слыша, как и я, обсуждение моих родственников в соседней комнате, кто пойдет с племянником знакомиться с Аланом.
Не успела родня возмутиться, как мы перенеслись к Рагнару. Здесь, в отличие от комнат Нолана, было потише. Относительно. Не успели мы появиться, как Сира подбежала к Литэе и, обняв её, разрыдалась. Сквозь всхлипы доносились слова благодарности за спасение мужа и сына. И пока Литэя успокаивала жену брата, сам прошел к его кровати. Рагнар говорить ни о чем не стал. Как и я, не являясь свидетелем допроса, протянул отчет.
Темный маг прибыл к нам в услужение еще при правлении регента. Получив задание ослабить род Де Калиаров, нанялся подмастерьем в ремонтные мастерские и начал строить планы по нашей ликвидации. Свержение регента заставило его затаиться. Тем более ранение скверной и последующее восстановление Рагнара перекрыло к нему свободный доступ. А я редко появлялся в замке. Спустя около полутора лет, на праздновании дня рождения отца, он получил послание из столицы о возобновлении приказа и создал сеть паучьего проклятья.
Маг думал, после ранения ослабленное скверной тело наследника быстро сгорит. Но Рагнар не просто так носил свое звание, и его сил хватило на сопротивление. Это стало полной неожиданностью для темного, и тот, в попытке сломить наследника, каждый год добавлял по новой нити проклятья в свою сеть. А брат продолжал сопротивляться.
Полгода назад темному приказали ускорить процесс обезглавливания рода. Использовав техники снотворения, он проник в сознание Нолана. Убедил мальчика, что он может помочь отцу, перетянув на себя часть разрушения болезнью. Вот только проведенный племянником ритуал связал его с проклятьем и усилил воздействие проклятья через родную кровь.
Ребенок не заметил подвоха. Мечтая избавить отца от страданий, никому не доверился и всё сделал тайно. Ритуал сработал. Первый объединенный приступ очень сильно ослабил Рагнара. Об чем Паук доложил в столицу. Думал, наконец-то его цель достигнута и готовился к последнему для брата приступу, как приказ из столицы велел пауку ждать. Повелевая убить наследника и его сына в определенный день. Мое возвращение домой ускорило решение о смерти брата. Паук получил распоряжение после гибели Рагнара, покончить так же со мной. Приготовления заняли немного времени, а там Нолан поступил в Академию и приступ не сработал благодаря Литэе.
— Получается, ты спасла не только Рагнара, но и меня, — заметил я жене. Успокоив Сиру, она присела на край кровати, проверяя состояние брата. Прикрыв глаза, запускала светлые полосы сканирования в его тело. Тот довольно улыбался, наблюдая за моей любимой.
— Не надо было меня спасать. Ты видел сам. Я десять лет противостоял отраве.
— Не говори ерунды, супруг, — вспыхнула Сира. — Свекор сказал, что, если бы не госпожа Литэя, вы бы погибли. И Нолан…
— Госпожа Сира, — Литэя открыла глаза и обернулась на невестку. — Успокойтесь. Все теперь в прошлом. Ваш сын в порядке, и муж быстро восстанавливается. Что касается выдержки и стойкости господина Рагнара, то ему следует благодарить за это своего брата.
— Почему? — я и брат удивленно переглянулись, а жена, усмехнувшись, пояснила.
— Именно Лео давал вам силы для борьбы. Отказываясь занимать место наследника, стимулировал сопротивление хвори. Вы не хотели подводить доверие брата и сопротивлялись отчаянно. Если бы вас не связали с Ноланом, изменив тем самым объект ваших тревог и забот, вы бы еще несколько лет точно давали бы проклятью отпор.