— Вы отравлены соком пустоцвета.
— Так выведете его! — приказал Ариан, подходя ближе.
— Не поможет, — я высвободила руки из ослабших ладоней королевы. Поднявшись, подошла к Леону. — Королеву травили не один год соком Пустоцвета. Она не сможет подарить вам наследника. Можете спросить у господина Мирославского о ядовитых свойствах этого растения.
— Что? Почему я?! — резко вскинулся Седрик.
— Вы же тоже целитель. Должны понимать, что действие яда невозможно обратить. Тем более, что прием сока был не один год. — Уставилась я на Мирославского, распаляя его светлый дар и вызывая на откровенность. — Объясните королю. Мне он не поверит.
— Седрик! — Король перевел взгляд на своего помощника, и тому пришлось отвечать.
— Да, в книгах записано, что если принимать пустоцвет больше года, женщина станет бесплодной. Но вы же целитель, снявший проклятье за одну ночь! А тут простое выведение яда! — Седрик пытался отбить удар и перенаправить внимание короля на меня. И ему это прекрасно удалось.
— Помогите ей! — завизжал король.
— Это не в моей власти, — я выпрямилась, понимая, что должна выдержать нынешнее противостояние.
— Вы… Вы просто не хотите! — тонкий палец указал в мою сторону. — Вы… Вы… Мстите мне! За то, что в прошлом я приказал Леону использовать вас! Как вы узнали? Вам рассказал ваш отец? Регент? Вы еще тогда предали нас и заставили страдать над Огнем Безумия?
— Ариан! — Леон был поражен обвинениями, что бросил мне Его Высочество.
— Король! Не Ариан! Король! Я твой король! И я приказываю твоей невесте исцелить мою жену!
— Невозможно, — я говорила тихо, спокойно, но отчего-то мой отказ срабатывал как гром, заставляя всех замереть на местах. — И даже если бы могла, не захотела. Исцелить? Для чего? Для того, чтобы у короны появился Наследник? И чему вы научите его? Какое наследие оставите?
Король подскочил ко мне, его трясло от клокочущих в нем эмоций и переживаний. Маски и контроль слетели. Сила Благости уже оплетала его. Поила искру огня любви в его сердце и заставляло остановиться, сдержать свою ярость и гнев.
— Вон, — прошептал он мне в лицо. — Пошла вон с глаз моих!
Задерживаться не было смысла. Потому, развернувшись, отметила бледность королевы, недовольство ее фрейлины, растерянность Седрика и двинулась на выход.
— Вам стоит больше доверять своей жене, господин Мирославский. Она имеет право знать, почему не может зачать дитя, — напоследок заявила я, прикасаясь пальцами к дверям. Те распахнулись, открывая вид на растерянных стражей, не ожидавших, что их магию сломают без предупреждения. Леон двинулся следом, но Ариан отпускать его не собирался.
— Я не отпускал вас, генерал.
— Бывший генерал, — поправил его муж.
— Я не принимаю твою отставку.
— Её примет совет, — Леон кивнул в сторону распахнутых дверей, где в коридоре виднелись люди, явно ожидающие приема у короля.
— Я, — король набирал в грудь воздуха. Темная сила заклубилась за его спиной, угрожая обрушится смертельным приказом подчиниться или умереть.
— Леон, — резкий окрик Олесии развеял темноту за спиной Ариана и заставил того часто заморгать. Поднявшись со своего кресла, королева, подойдя к своему супругу, коснулась его руки. Обернувшись на нас, искренне улыбнулась Лео, столько лет служашившему стране и короне. — Ступай. Не следует оставлять невесту одну. Вы только встретились. И Леон… Будьте счастливы.
Сердце скрутило, захотелось вернуться, обнять эту сильную и в то же время слабую женщину. Исцелить тело, стереть печаль с сердца и мыслей. Леон глубоко поклонился королеве и, развернувшись, вышел вслед за мной. Какое-то время мы шли молча, одолеваемые своими мыслями и переживаниями. Леон не выдержал первым.
— Я думал, Благость помогает. Поддерживает. Исцеляет.
— Не только. Порой исцеление раны не всегда может сработать и тогда приходится действовать иначе.
— Иначе? Это как? Заставлять страдать людей еще больше?
— Ты это так видишь?
Нахмурившись, муж взглянул на меня.
— Можешь объяснить, что же ты сделала?
— Открыла двери, — Леон покачал головой, и я попробовала объяснить понятней. — Погружаясь в свои страдания и переживания, люди теряют в них себя, свои цели, стремления, идеалы. Запечатывают свое сознание болью, гневом, яростью и бессилием что-либо изменить. Теряют надежду, упираются в тупик и отказываются искать из него выход. Я открыла им двери. Каждому. Показала, что выход есть из этой ситуации. Но пока они не воспользуются подсказкой, не покинут территорию отчаяния, мое вмешательство будет бесполезным. Понимаешь?