— Не стоит привлекать к этому делу Литэю Де Вайлет. Мы сила, с которой детям Ворона не справиться.
Тихий смешок Винза заставил обернуться на Ноя, за которым он прятался. Молодой парень чуть приподнял бровь, словно спрашивая меня: «Ты позволишь ему и дальше командовать?».
— Позвать ко мне Леона! — закричал король в распахнутые двери зала. Отец шагнул к королю ближе, заглянул в глаза и доверительно проговорил:
— Не стоит звать этого предателя. Он околдован Де Вайлет. Они вам не союзники.
— Что? Он предал меня? Ради нее?
Отец кивнул, а мой порыв вмешаться опередила королева.
— Довольно! — зелень ее дара вспыхнула, растекаясь по залу, и гневный взгляд, проигнорировав герцога, уставился на Ариана. — Никогда в жизни у тебя не было более преданного друга и соратника, чем Леон. Он никогда не придавал твои цели и идеалы. Это ты сам отрекся от них! И теперь готов обвинить всех и каждого в своем провале?!
Олессия сорвала королевский обруч со своей головы, из-за чего ее волосы растрепались, но она и не думала их приглаживать.
— Я выходила замуж за достойного короля, жаждущего принести мир и безопасность на свои земли. Но, видимо, он погиб, сражаясь за свой трон, а не людей. Я молчала, проглатывала вину, которой ты меня кормил из-за моей невозможности подарить тебе наследника. Но с меня довольно! Мне действительно здесь нечего делать. Всё, что я могу — это встать рядом с теми, кому не безразличны земли наших предков и кто готов своей честью и кровью защищать простых людей. Здесь их считают предателями? Что ж, запиши и меня в их ряды.
Королева швырнула свой символ королевской власти Ариану, и король неосознанно подхватил его. Потрясенный поступком любимой, он не сразу нашелся, что сказать и молча наблюдал, как она выходит из зала. Мила гордо последовала за ней следом. Скорей на инстинктах, чем желании удержать ее, ухватил жену за локоть. Но с силой выдернув руку, она недовольно прошипела:
— Я ухожу с теми, кому доверяю, Седрик. Ты же можешь и дальше играть в свои кошки — мышки. Но в результате ты останешься ни с чем, так как играешь сам с собой.
Мила ушла. Торопясь за Олессией, приподняла юбки и бегом покинула зал. Отвлекшись на голос сестры, Мирран свернул доставленное ему послание и предупредил:
— Я на побережье. По всем данным, основной прорыв намечается у побережья Материнского приюта. Чернокрылы уже подняли свои войска и направляются туда. Я отправляюсь на свой корабль. Если мы не выстоим, то решать, что делать дальше, решать будете вы.
Ариан сделал попытку остановить его, но мой отец вновь вмешался. Нацепив на лицо заботливую маску, он убаюкивающее заявил:
— Так даже лучше. Генерал займется своей работой, и, я уверен, он вернется с победой. А вы пока сможете спокойно подумать о наследнике. Раз королева отказалась от трона, мы легко найдем ей замену.
— Довольно! — щелкнув пальцами, я разрушил заклинание, наложенное на Ариана давным-давно, позволяющее внушать ему нужные мне вещи. Отец недовольно развернулся ко мне, а я наконец-то понял, что должен сейчас сделать.
— Ваше Величество, вы хотели узнать, кто во дворце служит Алому Ворону? Что ж, они перед вами. Герцог и его сын собственной персоной.
— Седрик!
Король был в шоке и напоминал испуганного ребенка. Словно защищаясь от моих слов, он попятился и рухнул в свое кресло.
— Расследуя предательство, из-за которого нас упекли в подземелье и пытали Огнем Безумия, я узнал, что Литэя даже не догадывалась о заговоре. А вот мой отец оказался тем, кто пришел к регенту за советом и, рассказав о бумагах, попросил наставить нас на путь истинный и не дать наделать ошибок. Именно герцог Мирославский, мой отец, вычислил всех, кто поддерживал вас и сдал вместе с Литэей регенту и прихвостням Нилларда.
— Вранье! — отец сдаваться не собирался. Он был недоволен, что я нарушил столь долго хранимое молчание. — Если я сдал всех, то почему же Литэю не тронули. Почему она, находясь рядом с вами, избежала плена?
— Потому что она Алирант, — ответил Винз Де Вайлет. — Тогда первым схватили не Литэю, а меня. Регент обвинил всю нашу семью в сговоре и приказал казнить. Моим спасением было раскрытие правды о крови моей дочери и клятвы, что она никогда бы не стала участвовать в таких заговорах.
— Что за бред?! Думаете, регент бы повелся на такие сказки?
— Регент — нет, а вот малентау, которому он служил, очень даже заинтересовался моим признанием. Литэю оставили на свободе, а вскоре черный жрец вместе с Регентом и магом крови прибыли к нам в дом и при помощи артефакта подтвердили силу ее крови. Малентау лично подтвердил, что в мыслях и намерениях моей дочери не было помыслов против власти регента. Потому её не стали заточать в темницу, а велели отправить в личные покои магистра Элебаута, чтобы она зачала ему ребенка.