— Может, пора Алирантам покинуть убежище? — спросил Благой, почувствовав ее мысли. — Они стали сильнее и с такой главой, как ты, станут еще сильнее. А твой муж…
— Мой муж! — встрепенулась Литэя, понимая, что сейчас должна состояться церемония, а невеста оказалась на другом конце земли.
— Ты вернёшься вовремя. Не переживай. Ну так как? Пора покинуть убежище?
— Пора. Столько работы, планов, целей.
— Тогда эти земли ваши. Скажи об этом Ариану.
— А не много? Для одной семьи?
— В самый раз.
Благой засмеялся, отправляя Литэю обратно в кабинет Храма. А сам расправил свои ветви, и поток Благости, отгоняя холодные ветра, наполнял земли теплом и процветанием.
Оказавшись сновао в Храме, Литэя поняла, что улыбается. На душе было очень тепло и радостно. Шум за дверью заставил ее обернуться как раз в тот момент, когда в комнату ворвался встревоженный Ариан.
— Ты здесь!? — облегченно выдохнул он.
— Разве могло быть иначе?
— Я об этом же Леону сказал. Но он заладил, что тебя нет рядом. Пришлось пообещать проверить.
— Все хорошо, Ваше Величество.
— Литэя, прошу. Мы же договорились. Ариан. Без Величества.
— Постараюсь.
— Вот и хорошо. Кстати, нам пора. На правах короля я поведу тебя к алтарю. Ты не против?
— Нет. Только герцог не обидится? Полагается, что родители ведут избранников к Верховному служителю.
— Он не против. Я спросил.
— Хорошо. Тогда не будем заставлять всех ждать.
Ариан согнул руку в локте и с улыбкой наблюдал, как Литэя взяла его под руку.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что позволила устроить этот праздник, что вернула меня самого и моих друзей.
— О, пустяки, за это вы подарите Алирантам земли полуострова Белого хвоста.
— Зачем? Там же вечная мерзлота!
— Мы принесем туда весну.
— Тогда считай, они уже Ваши.
— А Белую лапу отдашь?
— Тоже туда весну принесете?
— Да, есть такое в планах.
— Тогда забирай.
— Не жалко?
— Нет. У королевства и так много проблем, а Алирантам я доверяю, как и Де Калиарам.
— А Мирославским?
— Да, только Седрик все еще посыпает голову пеплом и пытается отказаться от титула герцога.
— Он нашел своего отца?
-
Нет. Может, его волна унесла, как приверженца Алого Ворона?
— Может, но не уверена.
— Ничего, Риг и Рог с ним разберутся. А Леон им поможет. Ты же не против, что он вернулся на службу?
— Нет. Мы, в любом случае, вместе.
— Я рад, что ты с ним. Я видел отчаяние на его лице, когда десять лет назад он нашел твое тело во дворе вашего дома. Чувство вины, что я использовал ваши отношения, не давали мне покоя. Возможно, потому я отправил его подальше от себя и, тем самым, сделал первую ошибку из множества других.
— Зато сейчас все по-другому.
— Да, и за это я всегда буду тебя благодарить.
Они замерли перед входом в главный зал храма.
— Пусть мир и любовь никогда не покидают вашу семью, — улыбнулся Ариан, а Литэя с улыбкой протянула ему белую жемчужину. — Что это?
— Наследие, которого ты достоин, — улыбнулась глава Алирантов.
Мужские пальцы коснулись перламутра, и жемчужина растаяла. Литэя охнула, на лице Ариана застыло изумлением.
Двери распахнулись, и пришлось отложить вопросы. Пара двинулась к Алтарю, где их уже ожидал Леон и мама Литэи. Женщина, держа генерала под руку, со слезами смотрела на дочь и искренне улыбалась от счастья.
Литэя воспринимала эту церемонию как долг перед друзьями и родными, но, видя счастье матери, восторг в глазах мужа, чувствовала, как этот момент навсегда отпечатывается у нее в душе. Бабушки Зара и Сирения делили один платок на двоих. После становления барьера Зара предложила сестре вернуться домой, но та осталась в храме. Она все еще опасалась той злости и ненависти, что порой тревожили ее сердце. Прощать она еще не научилась, хотя очень старалась. Но на свадьбу Литэи все же пришла, и Зара улыбалась рядом с сестрой, протягивала ей платок утереть слезы.
ЛиХан и РамХан стояли рядом с Аланом, что держал за руку Ноя. Леон отговорил парня нестись и скорей делать ребенка, чтобы дать возможность переродиться своему отцу. Для этого у него должен быть дом, работа, а появление малыша не сиюминутным порывом, но долгожданным моментом, чтобы подарить всю свою любовь и нежность.