— Ну что, пора в путь? — спросил он, поднимаясь со скамьи.
Компания вышла на улицу. Перед ними развернулся тихий, но постепенно оживающий город. Узкие улочки, ещё окутанные остатками утреннего тумана, наполнялись звуками первых шагов жителей, возгласами торговцев и скрипом тележных колёс. Солнце только начинало подниматься над крышами. Его мягкие лучи окрашивали городские камни в золотистые оттенки.
Ярополк уверенно указал направление к городским воротам.
— Туда, прямо по главной дороге, — произнёс он.
Они двинулись по мощёной улице, стараясь держаться вместе. Злата, шагая чуть впереди, вертела головой во все стороны, с нескрываемым восторгом рассматривая окружающую архитектуру. Дома с высокими крышами и невычурными ставнями были совершенно не похожи на декорированные строения её родной Усть-Яровой.
Путь до ворот оказался не таким уж долгим. Город постепенно оживал. Вскоре на горизонте показались массивные каменные стены, отделявшие город от внешнего мира.
Подойдя к городским воротам, компания заметила Далемитра, терпеливо ожидающего их у добротной повозки. Две мощные лошади с густыми гривами неспешно переступали с ноги на ногу, их шерсть отливала здоровым блеском. Повозка выглядела крепкой и была набита разнообразными товарами: мешки с зерном, связки трав, деревянные ящики с неизвестным содержимым, покрытые плотной тканью.
Далемитр, заметив их приближение, изобразил на лице лукавую улыбку, которая скорее настораживала, чем располагала к доверию.
— Доброе утро, друзья, — протянул он, кивая головой. — Ну что, готовы в путь?
Ярополк с деловитым видом подошёл ближе и окинул взглядом содержимое повозки.
— Добротная у тебя повозка, — отметил он, хлопнув по одному из ящиков. — Видно, что знаешь толк в деле.
Далемитр чуть заметно хмыкнул и ответил, глядя на дозорного исподлобья:
— А иначе и нельзя, иначе никуда не доедешь.
Иван стоял чуть в стороне, настороженно осматриваясь. Что-то в этой обстановке вызывало у него тревогу. Взгляд зацепился за стражников у ворот, которые вели себя странно. Их движения казались замедленными, словно они находились в каком-то оцепенении. Один из них лениво зевнул, другой, словно во сне, покачивался на месте.
Мельком Иван заметил несколько бурых капель на дороге, маленьких, едва видимых. Он опустил взгляд, нахмурился, но не успел рассмотреть их подробнее — Далемитр поторопил всех:
— Время не ждёт, друзья. Если хотите добраться до острова как можно скорее, нужно выдвигаться сейчас же.
Злата без лишних раздумий первой залезла в повозку, её лёгкая фигура ловко скользнула между мешков. Иван последовал за ней, чувствуя неприятное волнение, которое не мог объяснить. Он занял место рядом с девушкой. Ярополк, чуть повозившись, с явным удовольствием устроился на краю повозки, ещё раз окинув взглядом содержимое.
— Ну что, хозяин, вперёд, — бросил он, весело хлопнув по борту повозки.
Далемитр сел на место извозчика, свистнул лошадям и с силой дёрнул за поводья.
— Но! — крикнул он, и повозка медленно тронулась, скрипнув колёсами по вымощенной дороге.
Стражники зашевелились. Их глаза широко распахнулись, словно с них спала пелена. Они стояли, растерянно моргая, будто пытаясь понять, что только что произошло. Один из них перевёл взгляд на дорогу и заметил, как купеческая повозка стремительно удалялась от города, оставляя массивные стены позади.
— У нас будет долгий путь, так что устраивайтесь удобнее, — бросил Далемитр, не оглядываясь.
Его голос прозвучал спокойно, но в интонации угадывалась скрытая напряжённость.
Повозка лениво катилась по пыльной дороге, скрипя колёсами под весом груза. Небо над головой было ясным, лишь несколько облаков неспешно плыли по синеве. Лес, поначалу густой и тёмный, постепенно остался позади, уступив место степям и лугам. На их зелёной поверхности мелькали яркие пятна цветов, а вдалеке, словно острова в океане, виднелись небольшие рощицы.
Иван молча наблюдал за сменой пейзажей. Он облокотился на бортик повозки, позволяя ветру трепать волосы, и невольно почувствовал, как его напряжение немного ослабло. Что-то в этих просторах, в их первозданной тишине, напоминало о детстве, хотя память услужливо подсовывала образы не этого мира.