— Не дай ему уйти, — прошептал он сам себе, как заклинание, и стиснул зубы от боли, двинувшись вперёд.
Он начал подниматься к корме, где Далемитр был затянут зелёными корнями, вызванными чародейством Ивана. Каждый шаг давался Ярополку с трудом. Боль пронзала его тело, но он продолжал двигаться. Его лицо оставалось сосредоточенным, а взгляд горел гневом и решимостью. Под ногами скользили мокрые доски палубы, но он сохранял равновесие, опираясь на одну из переборок.
Когда Ярополк, наконец, достиг кормы, он оказался всего в нескольких шагах от Далемитра. Лицо колдуна выражало страх, смешанный с яростью.
— Ты не понимаешь, что делаешь! — выплюнул Далемитр, его голос звучал хрипло и злорадно. — Убив меня, вы лишь приближаете хаос!
Но Ярополк уже не слушал. Его руки дрожали от напряжения, пальцы крепко сжимали рукоять кинжала. Он понимал: этот бой — больше, чем просто месть. Это был долг, шанс защитить тех, кто был ему дорог.
Собрав последние силы, он поднял оружие, готовясь нанести удар, который положит конец Далемитру и его тёмным замыслам.
Ярополк подошёл к мужчине медленно, уверенно, сжимая в руках кинжал, словно это был последний якорь его решимости. Каждое движение давалось с трудом: боль в ноге была невыносимой, кровь всё ещё сочилась из раны, но он заставлял себя идти. Перед ним был враг — служитель Морока, которого уже ничто не спасёт.
Далемитр, связанный магическими корнями, дёргался, как пойманный зверь. Его лицо, обычно спокойное и надменное, исказилось от страха. Губы тряслись, а глаза метались из стороны в сторону, словно он искал способ спастись.
— Послушай, — начал он, хрипя и глотая воздух. — Это всё… ошибка. Я могу всё исправить. Морок примет тебя, если ты... если ты избавишься от мальчишки!
Ярополк остановился в шаге от него, но не проронил ни слова.
— Ты не понимаешь, — продолжал Далемитр, в голосе появились нотки отчаяния. — Этот мальчишка… Он принесёт беды всем. Он — угроза, настоящая угроза! Морок может наградить тебя за его устранение. Ты станешь сильным, героем…
Его голос ломался, как натянутый канат, вот-вот готовый оборваться. Но Ярополк смотрел на него без единого намёка на жалость. Только гнев горел в его глазах, яркий, как костёр в ночи.
— Ты думаешь, твои слова что-то изменят? — хрипло проговорил он. — Ты убивал, мучил людей, губил их души ради своего Морока. А теперь хочешь, чтобы я поверил тебе?
Далемитр напрягся, его взгляд стал ещё более отчаянным.
— Я могу всё исправить, прошу... Дай мне шанс! — взмолился он, но в голосе всё равно сквозила фальшь.
Ярополк приблизился, подняв кинжал. Несмотря на боль и усталость, его рука оставалась твёрдой.
— Твой шанс закончился, когда ты ступил на этот путь, — тихо сказал он, и в его голосе зазвучала ледяная решимость.
Далемитр попытался что-то сказать, но дозорный не дал ему времени. Его рука резко пошла вперёд, и кинжал глубоко вошёл в живот колдуна. Мужчина издал сдавленный крик, его глаза расширились от боли и шока. Он дёрнулся, пытаясь вырваться, но корни, опутавшие его тело, не позволили этому.
Изо рта Далемитра вырвался хриплый кашель, перемежаемый алыми брызгами крови. Его лицо исказилось от боли, но взгляд всё ещё оставался цепким, полным ненависти и отчаяния.
— Глупец, — прохрипел Далемитр, голос его был слабым, но наполненным злобой. — Ты не понимаешь… Слова кликуши… всегда исполняются.
Его дыхание стало рваным, словно каждый вздох давался с невероятным трудом. Но он не останавливался. Казалось, последние силы он тратил, чтобы высказать свою тёмную истину.
— Причина пророчества… это он, — выдохнул Далемитр, с трудом поднимая руку.
Его палец дрогнул, указывая в сторону сияющей воздушной сферы, где находился Иван.
Но прежде чем он успел закончить или сказать что-то ещё, его тело обмякло. Голова бессильно склонилась на грудь, глаза закатились, а жизнь покинула его в тот же миг.
Ярополк замер на месте, его сердце гулко билось в груди. Он перевёл взгляд туда, куда указывал палец мёртвого колдуна — на воздушную сферу, окутанную белыми потоками света.