— Терпение, — коротко прошептал Иван, заметив, как парень был на грани нервного срыва. — Без лишнего шума. Здесь нервы не нужны.
Сделав несколько шагов вперёд, Иван остановился. Левой рукой он дал понять подчинённому, что нужно ждать. Затем жестом указал на ближайшую зону прикрытия. Они должны были продвигаться вперёд осторожно, шаг за шагом. Своим поведением командир давал понять, что полностью контролирует ситуацию. В его действиях не было ни страха, ни сомнений, и это передавалось спецназовцам.
В этот момент в наушнике послышался шорох. Один из бойцов засек движение. Иван едва заметно кивнул. Быстро прикидывая варианты развития событий, он сначала продумал план, а затем действие.
— Не дёргайтесь, — бросил он, заметив издалека, как застыли бойцы. — Вы — не они.
Мгновение спустя Иван уловил краем глаза едва заметное движение новичка, того самого, с которым ещё не успел толком поработать. Тот свернул с маршрута и неожиданно замер у одного из пустых киосков. В ту же секунду Иван понял: это решение было фатальной ошибкой. Дисциплина под угрозой, операция — под ударом.
— Сокол, Буря! На позиции! Остальным — держать сектор! — резко скомандовал Иван в гарнитуру, чтобы зафиксировать отряд.
Сам командир рванул вперёд, направляясь к киоску, где замер его незадачливый боец. Подбежав, он увидел парня, который стоял неподвижно, неуверенно оглядываясь по сторонам.
Его взгляд был прикован не к пустому коридору перед ним, а к двум девочкам лет десяти-одиннадцати, прижавшимся друг к другу, словно две половинки одного целого. Их лица были искажены страхом, тела дрожали, а пальцы вцепились друг в друга так крепко, что казалось, они срослись. Глаза, широко распахнутые от ужаса, выдавали их состояние — они стали невольными свидетелями кошмара, разворачивающегося вокруг.
Иван сжал зубы, ощутив одновременно гнев и понимание. Он мгновенно осознал, что произошло. Новичок, столкнувшись с детьми, на секунду утратил концентрацию, позволив инстинкту заботы об их безопасности пересилить боевой приоритет. Это мгновение и привело к сбою.
— Михайлов, на меня, — отрезал Иван, подзывая подчинённого, который, ошеломленный, даже не заметил приближения командира.
Его голос был как лёд — спокойный, твёрдый, лишённый эмоций. Этот тон мгновенно пробудил бойца. Тот вздрогнул, явно осознав свою оплошность. Переведя взгляд на командира, новичок встретился с его пристальным серым взором. В этих глазах было что-то пугающее и одновременно завораживающее, что заставляло слепо повиноваться.
Иван быстро оценил ситуацию. В его голове уже выстраивался план, как минимизировать последствия этой ошибки. Он не собирался устраивать разнос посреди операции, но этому бойцу следовало чётко понять, к чему может привести его промедление.
— Твоя ошибка — замешательство, Михайлов, — сказал Иван вполголоса, одновременно указывая ему на безопасное укрытие. — Мы — не опека, мы — прикрытие. Понял?
Новичок кивнул, смущённый и растерянный.
Иван мельком взглянул на девочек. Он прекрасно понимал, что боевой опыт или стратегическое мышление тут ни при чём. Это была просто первая встреча парня с реальными мирными жертвами, которые нуждались в защите.
— Я беру их, ты — на позиции. В следующий раз обдумай свои действия заранее, — тихо добавил Иван, давая указание остаться на линии и придерживаться маршрута.
Перед девочками появился высокий мужчина в чёрном обмундировании, который казался в два раза больше и шире их. Его внушительные размеры одновременно внушали страх и вызывали доверие. Сам командир аккуратно подошёл к ним и присел, чтобы оказаться на их уровне. Мужчине не пришлось говорить лишнего — он просто твёрдым жестом показал, куда следовать. Ему нужно было быть уверенным и спокойным, чтобы девочки почувствовали себя в безопасности рядом с ним.
Дети кивнули. Двигаясь вперёд за ним, Иван взглянул через плечо на Михайлова. Первый боевой урок был усвоен, и, вероятно, этот момент запомнится парню надолго.
Едва успев вывести девочек за ближайшую колонну, командир почувствовал напряжение в воздухе. Это предчувствие редко его подводило. Двое террористов с оружием наперевес, словно из ниоткуда, вынырнули из-за прилавков впереди. Враг сразу же заметил его и детей. Террористы были хорошо вооружены и полны решимости, но у Ивана на подобные ситуации был свой, чётко отработанный алгоритм.